Геликон

— Нужен один день, чтобы воспитать сенатора, а чтобы воспитать работника — как минимум десять лет. — А чтобы сделать работника из сенатора, боюсь, не хватит и двадцати.

Но я знаю многое, и меня мало что интересует.

Своих ближних легче переваривать малыми дозами. И это блюдо к тому же не подсолишь.

Понимаете, несчастье — это как женитьба. Ты думаешь, что выбираешь сам, а оказывается, это тебя выбрали.

Вы, торгующие добродетелью в розницу, мечтаете о благополучном существовании, как девчонка мечтает о любви, но умираете в страхе, даже не поняв, что лгали всю жизнь, вы беретесь судить того, кто страдал бесконечно, кто каждый день истекает кровью от тысячи новых ран?

Если бы я мог выбирать себе отца, я бы не родился.

Старый патриций. Природа все мудро устроила. Геликон. Когда я смотрю на вас, мне начинает казаться, что у неё бывают и неудачи.

Спокойствие, господа, спокойствие. Будем соблюдать приличия. Римская империя — это мы. Если мы потеряем лицо, империя потеряет голову. Сейчас не время паниковать! Для начала давайте позавтракаем. И империи сразу полегчает.

Геликон. <...> В настоящей страсти должна быть капля жестокости. Цезония. А в любви — чуточку насилия.

Окружающих было бы гораздо легче выносить, если бы они могли время от времени менять физиономии.

Любовь — болезнь такого сорта, что не щадит ни мудрецов, ни идиотов.