Ирэн Адлер

Смотри не порежься об этот смертоносный конверт.

— Судя по всему, у тебя перерыв между двумя делами. — А у тебя между мужьями.

— Ну вот, рыцарство у меня в кармане. — О! Он мой. — Все фотографии здесь, я полагаю. — У меня есть копии. — Нет, их нет. Иначе вам бы пришлось навсегда заблокировать выход в i-net. Если то, что хранится в телефоне не уникально, вам это не продать. — Это не для продажи. — А что их так заинтересовало? В этом телефоне явно не одни фотографии. — Этот телефон — моя жизнь, мистер Холмс. Я скорее умру, чем отдам его. Он — моя защита. — Был защитой.

— Кейт, у нас будут посетители. Мне нужно время подготовиться. — Много времени? — Вечность.

— Жалеешь её — запри, а нет — отпусти. Вряд ли она долго протянет без защиты. — Ждёте, что я буду умолять? — Да. — Пожалуйста... Вы правы. Я не проживу и полгода. — Простите, что не поужинал.

— Всё, что я говорила... Неправда. Я просто вела игру и всё. — Я знаю. А это — проигрыш.

Он у меня ничего не просил. Наверное, просто любит доставлять неприятности. Обожаю это в мужчинах!

— Где Джон? — Он давно ушёл. Уже пару часов. — Я с ним только что говорил. — Да-да, я слышала.

У меня был клиент, чиновник из минобороны. Я знала его слабости. Самой главной из них была хвастливость. И он показал мне важный эмэйл, а я сумела это сфотографировать, пока он был в наручниках с повязкой на глазах. Довольно мелкий шрифт. Вы разберете? Он сказал, это спасёт мир. Я показала это одному из лучших шифровальщиков. Впрочем, он висел вниз головой, насколько я помню. Короче, он не справился. А что вы сможете, мистер Холмс? Ну же, поразите девушку.

Ш. Х.: — А вы соображаете. И. А.: — Могли бы уже понять. Д. В.: — ... Хэмиш. И. А., Ш. Х.: — ??? Д. В.: — Джон Хэмиш Ватсон. Если вам нужно имя для ребёнка.

Мозговитость теперь сексуальна.

— Кто тебя преследует? — Люди, которые хотят меня убить. — И кто же они? — Убийцы.

Вот мои требования. Я бы сказала, что это не образует дыру в национальном бюджете, но это будет ложью.

Какие скулы, с ума можно сойти. Стоит прикоснуться, и порежешь палец. Я могу попробовать?

— Вы хоть раз кого-то имели? — Простите? — «Имели», очевидно, звучит неделикатно... Ладно, буду деликатной. Как насчет ужина? — Зачем? — Возможно, Вы голодны. — Нисколько. — Чудно. — Почему я должен ужинать, если я не голоден?..

Вы надломленный, зацикленный, и верите в сверхчеловека. Точнее, в себя самого.

Знаете, в чем проблема, когда хочешь изменить облик, мистер Холмс? Как ни старайся, это всегда автопортрет.

— Вы что, действительно думаете, что заинтересовали меня? Почему? Потому что Вы великий Шерлок Холмс, умный детектив в забавной шляпе? — Нет. Я считал Ваш пульс.

— Игра была слишком сложной и Вы слишком наслаждались собой. — В таких вещах «слишком» не бывает.

— Сантименты — химический дефект, ведущий к проигрышу. — О чем Вы говорите? — О Вас.

— Вы хотите подумать? — Честно говоря — да. — Мне вас жаль...

Я бы сказала, что я играю честно, но... Я больше не играю.

– Мистер Холмс, если бы сегодня вдруг настал конец света и это был последний вечер, Вы бы поужинали со мной? – Шеееерлок! – Вот и все... – Это не конец света. Это миссис Хадсон.

Ну разве он не чудо? Хочется на поводок его взять, впрочем...я могу.

— Не надо восторженных отзывов, Джон уже воспел мою гениальность всеми возможными средствами английского языка. — Я бы имела Вас на столе прямо здесь, пока Вы дважды не попросите пощады.