Катя Шевченко

— А когда ты обратил на меня внимание? — Когда мы молились фонарному столбу.

Люди без денег могут быть очень богатыми.

— Я всё понимаю, но школу надо кончить. — Да я кончу, никуда не денусь. — Тебе трудно это сейчас представить, но жизнь — это не только любовь. Только любовь, если хочешь знать, это даже бедность.

— Ты за мной ходишь. Почему? — Ты маленькая, вдруг обидят!

— Но все-таки любовь меньше всей жизни, поверь мне, девочка, на слово… Да? — А как вы живете без любви?!

— Ромка — дурак! Он отрастил себе такое чувство долга, что его уже и носить нельзя. — Когда у тебя будет муж, ты поймешь, как это надежно и спокойно иметь человека с чувством долга. — Чепуха! Я думала над этим. Долгом человека только вяжут. — Но ведь должно быть что-то, побуждающее человека ухаживать за больными, кормить стариков, беречь детей? — Только любовь... вправе побуждать.

Директриса читала нам мораль — «Вам и не снилось горе» и буравила меня глазами. Танечка говорит, что жизнь — больше любви. А глаза у самой тоскливые, как у больной собаки.

— А ты знаешь, кто со мной в одной школе? — Конечно, знаю. — Алена — математик! Это смешнее, чем Луи де Фюнес. — Она тебе совсем не нравится? — Алена? Нравится. Как всё большое, слон, например, или Останкинская башня.