Лайонел Лог

— Что вы делаете? Вы не можете здесь сидеть! Сейчас же встаньте! — Почему? Это кресло. — Это не просто кресло, это к... к... коронационный стул Святого Эдуарда! — Люди тут вырезали свои имена. — Это трон, на котором сидели все короли и королевы! — И под сиденьем — большой булыжник. — Это Камень Судьбы, или Скунский Камень! — Вы верите в такой вздор... — Вы все, абсолютно все опошляете! Слушать меня! — ...сколько королевских задниц полировало этот стул... — СЛУШАТЬ МЕНЯ! — Почему вы командуете? — По праву помазанника божьего, я ваш король! — Вот еще! Вы сами сказали, что вам это не угодно, почему я должен слушать? — У меня есть на это право, у меня ЕСТЬ ГОЛОС! — Это точно. А еще воля и смелость. Я знаю, вы станете хорошим королем.

— А положим, мой супруг — герцог Йоркский! — Герцог Йоркский? — Да. Герцог Йоркский. *после паузы* — Я думал, на приём записан Джонсон. Простите, Ваше... — Высочество. — Высочество. — Джонсоном он звался во время войны. Чтобы враг не узнал о его участии в сражениях. — Вы полагаете, что я враг? — Станете им, проявив неучтивость.

— Почему вы с Дэвидом запинаетесь больше, чем со мной? — Вам платят, чтобы вы слушали. — Берти, я вам не гейша.

— У вас нет диплома! — Зато есть знания! Я не завел сертификат — этому не учили тогда. Все мои знания — результат опыта, а война...дает хороший опыт.

— Долгие паузы добавляют весомости в речь. — Тогда я самый весомый король.

Мой замок — мои правила!

— А вы странный… — Я сочту это за комплимент. ( — Вы уникальны. — Считаю это комплиментом.)

— Ты отлично справился с речью, правда, заикался на букве «П». — Конечно, заикался, а то они бы подумали, что это был не я.

— Ты будешь выступать на радио, и точка! — Да, а ты думаешь слушатели смогут выдержать двухминутную тишину в эфире?

— Моему мужу… требуется много выступать публично. — Наверно, ему стоит сменить работу. — Он не может. — Рабский договор? — Что-то вроде этого, да.

— Что вы чувствуете? — Сотрясение воздуха. — В этом суть публичных выступлений…

— Ты можешь выругаться? — Черт, черт, черт, черт, черт, черт! — Ха, да твои «черт» сможет переплюнуть даже обычный первоклассник, а слабо сказать слово на букву «б»?

— Как мне вас называть? — Ваше величество, можно ещё сэром! — Чересчур официально. Я предпочитаю имена. — Мое имя Альберт Фредерик Артур Георг! — Хмм… я буду называть Вас Бэрти!

— Что случилось, дорогой? — Проблемы с пациентом. — Не похоже на тебя, почему? — Он напуган… Он боится даже своей тени. — Разве не поэтому они приходят к тебе? — Этот парень мог бы быть кем-то великим, а он борется со мной. — Может быть, он не хочет быть великим. Может быть, ты этого хочешь. — Возможно, я перешел черту.

— Зачем тогда мне тратить время и слушать вас? — Потому что у меня есть право быть услышанным! — И кем? — У меня есть голос! — Да, есть. Вы необычайно стойкий человек, Берти. Храбрее всех, кого я знаю. Из вас выйдет чертовски хороший король.

— Трудно материться, когда поешь. — Попробуйте прищелкивать пальцами.

— Все монархи в истории наследовали трон после того, кто был мёртв, или был при смерти. А мой предшественник очень даже жив. Такая вот неразбериха! Я даже не смогу произнести Рождественскую речь. — Нравилось, как ваш отец делал это? — Определённо. Но его больше нет. — Он есть. Он изображен на шиллинге, который я Вам дал. — Хотя его легко отбросить. Не нужно носить его в вашем кармане. Или вашего брата. Вы не должны бояться вещей, которых боялись в пять лет. Вы сами себе хозяин, Берти.

— Я не могу это прочитать. — Тогда вы должны мне шиллинг за то, что даже не попытались.

— Я верю в то, что курение убивает. — Мне сказали логопеды, что оно помогает. — Значит, они идиоты. — Но у них есть звание. — Значит, они официальные идиоты.