Николай Петрович Пашутин

— Смотри, старик, не промахнись. — Не промахнусь.

— Ты это напрасно сделал, старик. — А я ещё ничего не сделал. — Только собираешься? — Собираюсь.

Всякое преступление оставляет финансовый след.

— Хочешь, я тебе секрет открою? — Ну! — Ты следующий. — Не понял. — Всё ты понял. Всё ты понял. Так что, дорогой, в вашем кругу появится ещё один недобиток. Если, конечно, крепко повезёт. — А если не повезёт? — Похороним... <...> — Что же это получается? — Отстреливает вас кто-то, касатиков. — Кто? — А ты вспомни, подумай, кого обидели, поиздевались над кем. У кого есть основания начать такой крутой отстрел. <...> — Что же делать? — Бежать, бежать тебе надо. Без оглядки бежать.

Поясняю для непонятливых, тупых и убогих. Эксперт утверждает, что это была пуля. Понимаешь, пуля!! Та, что оторвала яйца твоему приятелю.

— Если с моим Вадимом что-то случится... — Поздно... — Что поздно? — Поздно спохватился. Уже случилось… — Что?... Что ты сказал?... Что ты сказал?! <...> — Конечно, случилось. Раз он насильником стал, с ним давно уже что-то случилось...

— Ну, вот и дожил: сын меня «папой» назвал. Глядишь, скоро и маму «мамой» назовешь. — Да? А как я ее сейчас называю? — Старухой называешь. Мамашкой. Кем угодно, только не матерью.