Ольга Николаевна Ковалева

— ... Мы решили за продуктами съездить. Молочка купить, сметаны. — Ну да, шо б зая не голодала.

— Мне вообще кто-нибудь может объяснить, шо здесь происходит? — Так... А я щас объясню! — Иван Степанович, можно я ей скажу? — С превеликим удовольствием я за этим понаблюдаю! — Понаблюдайте, ну-ну! — Достопочтимая Лариссон, спешим Вам сообщить, что мы от Вильгельма Ван Бобеля. Иван Степанович, я не исказила фамилию? — Я восхищаюсь Вами, Ольга Николаевна!

Приличные люди штопора в десять утра не ищут.

— Олечка, я хотел бы поговорить... — Да неужели? Я думала, вы окончательно перешли на эпистолярный жанр. До сих пор под впечатлением от вашей смс-ки, которая пришла в два часа ночи. — Олечка, ну я хотел извиниться. — Да что вы? Просто извиниться и всё? Это не похоже на вас, Бананчик. Я бы даже сказала — какая бананщина.

— Интересно, Иван Степанович, на каком музыкальном инструменте вы играете? — Ой, да на резинке от трусов, утром когда во дворе курит.

— Иван Степаныч! По вашему, понимаете, лучший подарок для Женьки, это вообще Jack Pot! — Ну ладно. Ольга Николавна, вы шо мне это будете до конца жизни, шо ли, вспоминать?! — Иван Степаныч, вы мне, якобы, вот тюрьму... все время вспоминаете... Периодически. — Анатолич! Вот это не путай. То — безобидные автоматы! А это все-таки кража со взломом! Это вещи разные.

— Привет, сваты! А я думаю, шо это с утра скрежещет?... А это вы своими костями, да?! [смеется] — Утро доброе! — Доброе! — Юра, команды «стоп!» не было! Продолжаем. Раз, два, три! — Ольга Николавна, а три зачем? Ноги-то две?! [смеется] — Отстань от людей, прилипало! — О! Голова профессора Доуэля! Здрасьте! — Юра! Еще разочек вокруг дома! — Сват! Я мысленно с тобой! [смеется] — Сам-то хоть раз свой мамон оторвал от дивана, и пробежался дальше магазина?! — Я на короткие дистанции не бегаю! — Так, юморист! Не мешай людям трясти стариной!

— Вон отсюда! Вон пошла! [веником выгоняет из дома поросенка] — А шо там такое?! Ольга Николаевна, а зачем веником-то?! — Извините, топора не нашла! — Дак за шо?! — Как за что? Ваша свинья съела наше свидетельство о браке! — Анатолич, я тебя поздравляю! Ты свободен теперь!

— Ну зачем куда-то ехать?! Ну давайте здесь отметим: на природе, с шашлычками! — Иван Степанович, знаете, у вас все одно! И поминки, и свадьбы — всё на природе и с шашлычками! — Ну почему одно? По-разному бывает... <...> — Значит, по поводу дня рождения! Идем на компромисс. Утром — зоопарк, вечером — шашлыки. Согласны? — Согласны! Да, Вань? — А че? Давайте! Значит, утром — мы животных смотрим, вечером — мы их едим!

— Он разве не с вами был? — Был! Но час назад — фить! И сплыл! — Какой фить?! Какой фить?! Он даже не возвращался! — Где Юра?! — Я же вам говорю: час назад ушел ваш Анатольевич! Я его еще так спросил: «Анатолич, а ты сам-то дойдешь..?» Но Анатолич на всех порах с высоко поднятой головой!... Вжинь! Фить! — А ты что?! Ты даже не проводил Юрия Анатольевича?! — Что же он, десятиклассница в мини-юбке, чтобы его провожать?

— Иван Степанович, вы куда? — У Рейкьявик — пазитиў искать!

— Завтра здесь будет хозяин. — Какой хозяин? — Хозяин дома! — Ээ, какого дома? — Хозяин этого дома из Голландии! Рассказать из какой Голландии?!

— Котя, а может, мы дождемся, когда они уснут? — Юра, не будь тютей. В конце концов кто кого приглашает на свидание? — Я тебя. — Ну тогда стой и молчи. А то вообще никуда не пойду.

— Валентина Петровна, вам не кажется, что мы с вами собрались по одному и тому же поводу? — Шо, у вас тоже тараканы? — Перестаньте.

— Девочки, вы супер! — Слышь, девочки! — На здоровье, мальчик!

— Отчет, Ольга Николавна, у Вас получился на славу. Так и хочется его завизировать его собственной рукой пару раз. — Саша, что ты здесь делаешь? — Нет, я хотел бы спросить, что ты здесь делаешь? — Я что-то не понимаю. Что происходит? — Ну, а я так понимаю, что голова вообще не самая сильная часть вашего тела. — Так, кажется, я понимаю. Прошу прощения, это Алехандро — мой преподаватель по танцам. — Какие танцы, Оля? Не надо делать из меня идиота. — Да, действительно не надо. Ты и так великолепно справляешься с этой ролью. Да, кстати, хотела представить Вам вашего теску, Алехандро Алехадровича. Ну и я так полагаю, после сегодняшнего спектакля это мой бывший будущий муж. Адьес, амигос.

— Слуги мои, за мной! — Слушаю и повинуюсь, Иван Степаныч. — Ольга Николаевна, ну зачем все эти церемонии? Зовите меня просто: мессир. Ну или на крайняк, Мессир Степаныч.

— Надо Сан Саныча отнести домой, а то его комарики покусают. — Вот пусть комарики его домой и относят.

— Занято! — Иван Степанович, открывайте немедленно! Если я опоздаю — я вас покусаю! — В каком смысле? — В прямом!

— Скажите, Беркович, а кто вам дал право, выставлять на всеобщее обозрение мою личную жизнь? — О чём ты? — О чём я? Я хочу вам продемонстрировать сейчас самый идиотский в мире пример эпистолярного жанра. Кстати, из вашего же живого журнала. Значит, сейчас, минуточку, я уверена, вы оцените по достоинству: «Хай пипл, помогите, как сделать предложение любимой девушке?» Ответы, кстати, не менее впечатляющие. «Белый конь самое оно, моя... пищала!», «Заморочься на музыкантов. Нужна фишка? Например, прикинься греческим воином, чувак». Значит так, чувак, сегодня вы можете не ночевать дома на вполне законных основаниях. — Оля... — Бананчик, идите в жж.

— Иван Степанович, фестиваль этот проходит не на соседней улице. Это всё-таки другой город. — Тем более у Питере. — Так, Валюха, а шо ты против имеешь культурной столицы нашей родины? — Та какой там культурной? Вон у телевизоре всё время говорят — криминальная столица. — Та ты больше смотри! Питер — это прежде всего город, в котором творил Пушкин! — Да-да, вот там его и убили.

— Ольга Николаевна, вы простите меня за прямоту, вот это... это не парковка. — А что? — Тетрис!

— Не помешала? — Помешали. — Я старалась.

Дорогая, Вы могли бы пропускать слова не только через рот, но и через мозг?

— По-моему, курить мы бросили с тобой. — Зая, резко бросать курить — это большой стресс для организма. Поэтому, бросаем постепенно: сначала ты, потом я.