Питер Гриффин

— Ну начнём наш алкогольный тур. — Бармен, три виски с содовой. И пусть их принесёт тот русский официант, которого я так люблю. — Трололо-лалало ха-хах-ха... — Охо-хо-хо...[повторяют все за столом по очереди]

— А носом в щель лежать нравится? [Лоис, поборов Питера, тыкает его лицом в пол] — Да-а-а... — Скажи, что нравится носом в щель. — Мне нравится носом в щель... [Гленн Куагмаер, услышав эти крики из окна спальни Гриффинов, упал в обморок]

Эй, парни, вы уж берегите моего друга, насилующего детей.

Поверить не могу, что закон, которым я злоупотреблял, обернётся против меня!

— Знаешь, после твоей песни я возненавидел белых ещё больше. — Может, тебе спеть ещё шесть куплетов?

Хорошо, что ты не козёл, раз уж признал свои ошибки.

Только мужчины знают, что нужно мужчинам.

— Питер! Ты спишь на работе! — О, нет. Просто мошка попала в глаз, и я пытаюсь её усыпить.

— Папа, дай мне денег на занятия по танцам. — Я скорее заплачу, чтобы ты не танцевала, Мэг.

Ваши сирены звучат как гейская оргия.

— Ты на моей земле! Я тебя порежу! Так больно порежу, что ты пожалеешь, что я тебя так больно порезал!

— Питер, какого черта? Ты спас индейку, а не меня! Я чуть не умер! — Клянусь богом, я думал, собаки умеют дышать под водой.

— На чем это я сижу?! — О, это же моя веревочка! — Фу! Зачем она тебе? Гадость! — Ничего подобного! Она классная! Я могу слюнявить ее, бить ее по полу, представляя, что это змея, или просто вгрызться вот так! Р-р-р-р... — Как глупо! [пауза] Я тоже так хочу!

— Лоис, подари мне этот танец! — Питер?! Что ты тут делаешь?! — Я люблю тебя, Лоис Пьютершмидт, и никакой Куагмайр или другой мужчина, трансвестит, робот или андроид, озабоченный экзистенциальными проблемами не отнимет тебя у меня!

— С вас пять долларов. — Извини, я потерял бумажник. — Но я уже подстриг вас! — Что ж, теперь уже ничего не поделаешь.

— Где мои оладьи?!! — А? — Коль помнишь, вечером вчерашним Перед своей дремотой Со стрип-журналом меж ног Я ясно молвил: «Лоис, на завтрак я хочу оладьи». С чего же мысль моя осталась неучтённой? — Хорошо, Питер, дай мне минуту. — Отсель через каждые пять секунд без оладий По одному окну я буду разбивать...

— Хорошо, Сьюзи. Что ты принесла для «Покажи и расскажи»? — Это барби «Малибу», которую мне подарили на Рождество. Она идет вместе с расческой, блокнотом и двумя платьями. — Боже мой! Да всем насрать!

— Питер, может уйдём в другую комнату?! Не думаю, что стоит ссориться перед детьми. — А я хочу ссориться перед детьми! Зрители дают мне эмоциональный заряд.

— Мне так неловко. — Так неловко?! Знаешь, что такое «Так неловко»?! Однажды я в постели Лоис Фрэнком назвал! Твой ход, Шэрлок!

Некоторые учителя считают, что проводят нестандартные занятия, когда выводят класс на улицу. Ну а я зайду дальше: мы убьемся мескалином в пустыне!

От цензуры нет спасенья языку живому - Ты теперь не какаешь, а ходишь по большому.

Не веди себя с женщинами слишком мило — они питаются ненавистью. Больше чем нас, они ненавидят только друг друга. Собери несколько женщин вместе, и они разорвут друг друга в клочья.

Есть проблемы? Поделись с моим задом! Он единственный, кто выносит дерьмо.

Знаешь, в чём разница между тобой и мной, Лоис? Когда жизнь стучится в дверь, ты бежишь и прячешься на кухне. А я широко распахиваю дверь и говорю: «Питер Гриффин. Что у тебя есть?»

Лоис, не паникуй, но кажется, я Иисус!