Рейчел Грин | 149 цитат

— Я подумала, если Моника не против пригласить Эми на День благодарения. — Думаю, это прекрасная мысль. Мы будем пилигримами, которые принесли в Индию сифилис.

— Пока у тебя есть эта работа, ничто тебя не подталкивает искать новую. Тебе не хватает страха. — Страха? — Он прав. Если ты уйдешь отсюда, появиться стимул найти то, что тебе действительно нравиться. — А почему ты сам не бросишь работу, которую ненавидишь, и не обзаведёшься страхом?.. — Я слишком сильно боюсь.

— Что если я тебя как-нибудь куда-нибудь приглашу? Что ты на это скажешь? — Ну... Почему бы и нет. — Хорошо... Как-нибудь непременно...

Когда я увидела, как он выходит из самолета вместе с ней, то подумала, что я на дне. А сегодня, это будто вот здесь дно, потом пятнадцать метров дерьма, а уже снизу я.

— Он сказал, что им хорошо вместе. Извини. Но, есть и лучик надежды — он принял решения самостоятельно, без чьей-либо помощи. — А где же лучик надежды? — Надо ооочень захотеть его увидеть.

— Интересно, где ты деньги возьмешь? — В медицинском колледже, я там участвую в одном исследовании. — Что это за исследование? — Ну специальные опыты. — Опыты?! И какие же интересно? — В плане детородной силы. — Джо, надеюсь, ты им отдаешь только свое время? — На самом деле чуть больше. — Спасибо, боже, за всю радость твою. — Да ладно вам, ничего особенного. Три раза в неделю я туда прихожу, делаю свой вклад в науку... А через две недели я получу за это семьсот долларов. — Это называется — зарабатывать на скорую руку. — Обхохочешься, правда? — Нет, это правда очень здорово. Наконец-то я знаю кого-то, кто любит свою работу. — Слушай, а что ты делаешь чтобы расслабиться после работы?

— Мы, кажется, не знакомы? Я Рейчел Грин, живу с сестрой бывшего мужа Кэрол. — Рад познакомиться, я доктор Францблау, акушер бывшей жены брата вашей подруги.

— Где ты его взял? — Мой друг Беттель спас его из лаборатории. — Это жестоко! Как родители могли назвать ребенка Беттель?

— Ты сказал доктору, что прыгал на кровати и упал? — Нет, я придумал целую историю, но Чендлер меня сдал. — Прости, Джоуи, но вряд ли доктор бы поверил, что ты выпал из гнезда.

— Росс, пожалуйста, выслушай меня! Ты гораздо лучше, чем Паоло, ты обо мне заботишься, ты меня любишь, ты меня веселишь! — Если я тебя веселю, есть идея — пригласи Паоло к себе в постель, а я буду в углу рассказывать анекдоты.

— Вы слышали: Бари и Минди разводятся? — А кто такие Бари и Минди? — Бари — это парень, за которого я почти вышла замуж, а Минди — моя лучшая подруга. — Это с ней он тебе изменял? — Это лишь означало, что он спал на ней, а не на мне.

— Он что, действительно хочет со мной встречаться? — Судя по тому, что он влюблен в тебя до одурения, он был бы не против иногда выпить с тобой чашечку кофе.

Росс Геллер: — Как она могла узнать номер твоей кредитки? Моника Геллер: — Не знаю, лучше посмотри, сколько она потратила! Рэйчел Грин: — Моника, успокойся, в банке сказали, что ты заплатишь только за свои покупки. Моника Геллер: — Ну и что, почему она так сорит моими деньгами? Росс Геллер: — У тебя сперли кредитку, вряд ли для того, чтобы экономить. Чендлер Бинг: — Вот идиотка, потратить семьдесят баксов на чудо-швабру... Моника Геллер: — Это я купила.

Я так рада, я это заработала! За это, я вытирала столы, за это, я варила кофе и... [открывает конверт с зарплатой] всё это даром! Кто такой НДС и почему он забрал у меня столько денег?

Папа, ну выслушай меня! Представь, что тебе всю жизнь твердят: ты калоша, ты калоша, ты калоша! Но ты и знаешь про себя — да, ты калоша. Но однажды просыпаешься и говоришь себе: всё, хватит, больше я вам не калоша! Отныне я — шляпа! Да не нужна мне новая шляпа! Я говорю — отныне, это я — шляпа! Ну папа, это же метафора! <...> А может я так решила? А может я не хочу твоих денег? Подожди, я сказала «может быть»!

— Кстати, в качестве благодарности я хочу тебя куда-нибудь сводить. — Серьезно? — Да. Мы с Джо как раз сегодня идем в кино. Пойдешь с нами? — Не могу, потому что... я их видела. — Ты видела все фильмы? — Да! Я большая поклонница... фильмов... кинематографа... кино. — Может, сходим куда-нибудь еще? — В зависимости от того, куда. Я почти везде была.

– Вы тут топаете и беспокоите моих птиц. – У вас же нет птиц. – А могли бы быть.

– Ладно, сохраняй спокойствие. С тобой ничего не случится. У тебя не будет проблем. – Правда? Ты так считаешь? – Я разговаривал с собой. А тебе конец.

— Завтра мы ужинаем с папой. Ты же не возражаешь? — Вот черт. Завтра неподходящий день: я обещал прыгнуть с Эмпайр-стейт-билдинг и приземлиться на велосипед без сидения. Прости.

— Это у вас что, омела? — Да нет. Это вроде базилик. — Жаль. Будь это омела, я бы тебя поцеловал. — Да?! Ну тогда, точно базилик!

— Рейчел, я понимаю, как тебе неприятно… — Нет, не понимаешь, Росс! Вспомни все самое плохое, что ты о себе думал, и представь, каково бы тебе было, если бы ты узнал, что самый близкий для тебя человек не просто думает о тебе так же плохо, но для него это причина не быть с тобой.

Отец орал, что ему никто не помогает, а если мы начинали помогать, то он орал, что ему все только мешают.

— Господи! Поверить не могу, всё это время ты нравился мне, а я тебе! — Но... — Нет, нет! Не говори «но»! Это всегда что-то плохое... — Ладно, но тем не менее... — Это тоже самое, что и «но»...