Росс Геллер

После своего брака я понял, человеку жить с другим человеком — это дикая глуп... я хочу сказать — это дико глубокая мысль.

— Я подумала, если Моника не против пригласить Эми на День благодарения. — Думаю, это прекрасная мысль. Мы будем пилигримами, которые принесли в Индию сифилис.

— Он ей говорит: «Ты должна взрослеть поскорее, ты же мать!» — Неплохо. — А она ему отвечает: «Это ты должен взрослеть поскорее и обнимать». — ... Обнимать? Может, она ему сказала: «Это ты должен взрослеть поскорее, а не мать»? — ... Да, в этом больше смысла...

— Что если я тебя как-нибудь куда-нибудь приглашу? Что ты на это скажешь? — Ну... Почему бы и нет. — Хорошо... Как-нибудь непременно...

— Мы забежали на минуточку, потому что нужно еще заскочить к Бену... — А потом поспать. — Да, потому что по-нашему времени сейчас шесть часов завтрашнего вечера. — Не рассказывай нам, что случится потом — я люблю сюрпризы!

— Так что с тобой произошло в Китае? Когда мы тебя провожали — ты по уши был в влюблен в... ты сам знаешь, в кого. — Знаю, знаю, был... Но я всегда чувствовал внутри голосок, который говорил, что ничего не получится. Знаешь, чей это был голосок? — Бога?.. — Твой. — Наверное, Бог говорил моим голосом.

— Интересно, где ты деньги возьмешь? — В медицинском колледже, я там участвую в одном исследовании. — Что это за исследование? — Ну специальные опыты. — Опыты?! И какие же интересно? — В плане детородной силы. — Джо, надеюсь, ты им отдаешь только свое время? — На самом деле чуть больше. — Спасибо, боже, за всю радость твою. — Да ладно вам, ничего особенного. Три раза в неделю я туда прихожу, делаю свой вклад в науку... А через две недели я получу за это семьсот долларов. — Это называется — зарабатывать на скорую руку. — Обхохочешься, правда? — Нет, это правда очень здорово. Наконец-то я знаю кого-то, кто любит свою работу. — Слушай, а что ты делаешь чтобы расслабиться после работы?

— Где ты его взял? — Мой друг Беттель спас его из лаборатории. — Это жестоко! Как родители могли назвать ребенка Беттель?

— Привет, Росс! — Пауло! Пауло... что ты здесь делаешь? — Я делаю Ракель.

— Она увидела, что я ее вот-вот заблокирую, поэтому она толкнула меня своим жирным локтем прям в лицо и побежала дальше. — Кстати, проводить победный тач-даун. — Ты тот матч не выиграла. Тач-даун не был засчитан, из-за эффектного нарушения правил — варварского перелома носа.

— Возможно, ты догонишь её у самого трапа. Позовёшь, крикнешь — «Я люблю тебя!» А она в ответ — «Я тоже тебя люблю!» А потом вы поцелуетесь так, что все вокруг будут вам аплодировать. — Я хорошо целуюсь. — А потом вы проскользнете в служебное помещение. В вас вспыхнет страсть, а тут войдет стюардесса... Я смотрю слишком много порно.

Неужели между нами совсем нет ничего животного? Ну, хоть какого-то... хоть бурундучего секса?

— Росс, пожалуйста, выслушай меня! Ты гораздо лучше, чем Паоло, ты обо мне заботишься, ты меня любишь, ты меня веселишь! — Если я тебя веселю, есть идея — пригласи Паоло к себе в постель, а я буду в углу рассказывать анекдоты.

— Росс, Росс, Росс! Держись подальше от этого парня, и от этого, и от того... они все огромные! — Ничуть не больше меня. — Просто ты стоишь ближе к себе. С того места, где ты стоишь, ты себе кажешься больше.

— Если у нас немного жарковато, то ничего, проведем тематический рождественский вечер. — Ага, а тема — «Почувствуй себя копченым»!

Джоуи Триббиани: — Как только я приехал в Нью-Йорк, то встречался тут с одной. Веселая, горячая, целуется классно, но очень большой кадык. Меня это раздражало. Чендлер Бинг: — Ты или я? Росс Геллер: — Давай я. Джоуи, у женщин нет кадыка. Джоуи Триббиани: — ... Вы меня разыгрываете? Хором: — Да, да... Джоуи Триббиани: — А то я, уж, было, подумал...

Моника Геллер: — Ты сломал девочке ногу?! Росс Геллер: — Да, и чувствую себя отвратительно. Чендлер Бинг: — Надо же, а вчера на шоу Улица Сезам кукле оторвали голову! Тебя подвело самообладание. Росс Геллер: — Я хочу её навестить и подарить что-нибудь. Как вы думаете, что ей нужно? Моника Геллер: — Способность снова ходить! Вот что.

— Мне противно думать, что у вас во сне был секс. — Прости, это было всего раз, я был пьян, и это было ее подсознание.

Росс Геллер: — Как она могла узнать номер твоей кредитки? Моника Геллер: — Не знаю, лучше посмотри, сколько она потратила! Рэйчел Грин: — Моника, успокойся, в банке сказали, что ты заплатишь только за свои покупки. Моника Геллер: — Ну и что, почему она так сорит моими деньгами? Росс Геллер: — У тебя сперли кредитку, вряд ли для того, чтобы экономить. Чендлер Бинг: — Вот идиотка, потратить семьдесят баксов на чудо-швабру... Моника Геллер: — Это я купила.

— Самочувствие, будто кто-то залез мне рукой в горло, ухватил за кишки, вытащил их через рот и намотал мне на шею. — Тортик будешь?

– Ладно, сохраняй спокойствие. С тобой ничего не случится. У тебя не будет проблем. – Правда? Ты так считаешь? – Я разговаривал с собой. А тебе конец.

– Она сказала, что ты сделал ей предложение. – Но я не делал! Я не делал ей предложение! Разве что... сделал? Я не спал уже 40 часов... и это так похоже на меня!

— Завтра мы ужинаем с папой. Ты же не возражаешь? — Вот черт. Завтра неподходящий день: я обещал прыгнуть с Эмпайр-стейт-билдинг и приземлиться на велосипед без сидения. Прости.

Помните, у меня была обезьяна?... О чем я только думал.

— Рейчел, я понимаю, как тебе неприятно… — Нет, не понимаешь, Росс! Вспомни все самое плохое, что ты о себе думал, и представь, каково бы тебе было, если бы ты узнал, что самый близкий для тебя человек не просто думает о тебе так же плохо, но для него это причина не быть с тобой.