Шевалье

Филипп, по правде говоря, если ты меня не любишь, то меня не любит никто!

— Ты помнишь нашу первую ночь вместе? — Да. — Помнишь, что я сказал, когда мы проснулись? — Нет. — «Отныне, каждый день, когда я не смогу коснуться тебя, сочувствовать тебе, вдохнуть твой запах, станет [для меня] днём скорби и траура»! Я не шутил тогда и не шучу сейчас!

— Опомнитесь, шевалье. Вы рискуете честью и состоянием ради какого-то чумазого оборванца. — Ропот чумазых оборванцев порождает революции. А революции обрушиваются на голову знати.