Соня Рэй

— Дуноф... — Простите, уважаемый, вы не видите, что директор занят? Продолжайте. — В этом году мы намерены уделить большое внимание вопросам развития физической культуры и спорта... — Сеньор... — Кулоччи, проявите уважение! Мне бесконечно интересно послушать нашего директора. — Еще одно нововведение: ребята смогут два раза среди недели навещать своих родных, если захотят... — Я вас прошу... — Нет, это уже слишком! Его поведение просто возмутительно!

— Вы обязаны были настоять на своем! — Я пыталась, но вы сбили меня с мысли своими истошными, истерическими соплями. — Что?! — Мой бедный мозг не выдержал натиска такого количества глупостей. Я побоялась заразиться! — Вы должны были уговорить мою дочь вернутся, но вы сами сказали — у вас мозгов не хватает, ваш бедный мозг коллапсирует! — Я не виновата в том, что ваша дочь выросла и поняла, чего вы стоите! — Что за бред?! — Наш разговор зашел в тупик. Я не намерена тратить на вас время. Кстати, если вам что-нибудь понадобится — вы умеете считать? — Да. — На меня не рассчитывайте!

Нет, нет, проси что угодно, только не разговоры с отцом. После того, что он мне устроил на лайнере, Титаник просто Диснейленд на его фоне! Я зареклась обмолвиться хотя бы словечком с этим психом!

— Тысячу раз я вас просил, чтобы мобильники не прерывали репетиции. — Да, действительно, ребята, где совесть? Неужели так трудно отключить мобильник? Позорище. — Позвольте спросить, чья это сумка? — Моя... моя! Простите, ребята. Давайте устроим перерыв на пять минут.

Господи, чем я провинилась в прошлой жизни, что ты послал мне это чучело?

— Дай мне слово, что ты не впутаешься ни в какую историю! Если соврёшь, пусть мой корабль станет Титаником. — Ты всё равно выплывешь.

— Пенальти, пенальти!.. — Какое пенальти, они в середине поля! — Ой, я не заметила..

— Сеньора, вы забыли, что находитесь в учебном заведении. Ведите себя прилично. — Радость моя, ты видишь то, что стоит у двери? Это бесчувственный истукан.

— Куда ты так вырядилась?! — Радость моя, это снаряжение для похода в Мичу-Почи. — Мачу-Пикчу, глупая. — Я понимаю, как тебе плохо. — Мне-то хорошо, а вот у тебя с головой точно плохо, причём давно.

— Если ты не выберешь то, что нравится мне, я продам журналистам твой паспорт. — Детка, меня посадят за сокрытие данных.

— Что я сделал?! — Открыл рот как всегда не по делу.

— Что за скандал, что за крики? — А вот и мистер «тихий голос»!

Если Кулоччи мне врежет, то я точно до самого Голливуда долечу!

Кто бы говорил, сеньор Кулоччи, хозяин цирка, дрессировщик рептилий.

— Папа, решил отравить мне жизнь?! — Он тебя еще не обрадовал? — Его вышлют из страны?

Не бойтесь, я Вас не побью! Боюсь отбить руки о Ваше железное сердце!

— Поздравляю! — Уже поздно, старичкам пора спать.

— Сделай мне одолжение... — Дать тебе телефон психиатра или пластического хирурга?

— Сеньора, что с вами? Вы заснули? — Нет. Да... Я задумалась. — Это не ваш стиль, вам это не идет!

— Я неплохо провожу с ним время, он славный. — «Я неплохо провожу с ним время», «Он милый»... Так можно говорить о комнатной собачке.

— Радость моя, приготовься, у меня грустные вести. — У тебя начался климакс?

— Признайтесь, за сколько вы купили права? — За коробку мыла.

— Привет, Соня, а мы вот решили на яхте прокатиться. — А отца как якорь взяли? Он такой зануда, что и к корягам будет цепляться.

— Что у тебя с Франко? — Что у тебя с головой, припадочная?

— Соня Рей! — Какая наблюдательность, Коллучи! — Для вас я Куллочи.