Тед Шмидт

— Я одет как на гребанные похороны. — Нечто похожее. Свадьба натуралов.

— Всем известно, что друзья не спят.. — А, точно! Секс — ведь это то, чем занимаются с абсолютными незнакомцами, с людьми, которых никогда больше не увидишь, если только не столкнешься случайно на улице. Ни в коем случае — не с тем, кто для тебя хоть что-то значит! Кто придумал это идиотское правило?..

— Нет ничего плохого в том, чтобы получать то, что тебе нужно. — Не удивительно, что ты это говоришь. Это твой манифест. — Это мог бы быть всеобщий манифест, если бы людям хватало честности признать это.

— Мне никогда раньше не делали операций... И знаешь, у меня до сих пор все при себе: апендикс, гланды, крайняя плоть, зубы мудрости... Так что я впервые ложусь под нож. — Фи. Пустяк. — Ты можешь здесь сидеть и фикать сколько тебе хочется, это мне сейчас придется страдать от сильной боли ради «нового меня». О боже, может Брайан прав? Может одержимость молодостью и красотой — это пустое, поверхностное, нарциссическое?.. — Мы педики, бога ради! Быть одержимым молодостью и красотой — наше богом данное право! Тедди, все это время, что я тебя знаю, ты никогда не был доволен, по настоящему доволен собой! Так что если несколько надрезов и небольшое отсасывание жира необходимо для того, чтобы ты наконец смог посмотреть в зеркало и улыбнуться, я бы не сказал, что это пустое и поверхностное. Это благославение.

— Знаешь, если бы что-то было иначе, может быть мы могли бы... — Нет смысла себя казнить, Тедди. Мы по-прежнему друзья, правда? Что означает, что мы будем рядом намного дольше, чем большинство супругов.

— У Майкла есть Бен, у тебя есть Джастин, даже у Эммета есть Джордж! Господи боже, почему у всех, кроме меня, есть кто-то?.. — Причина того, что у тебя нет бойфренда, в том, что ты не хочешь его иметь. — Не хочу? — Если бы он был, это бы поставило под сомнение твое прочно укоренившееся мнение о самом себе как о бесполезном мешке дерьма, который никому не нужен. Поэтому ты интересуешься теми парнями, которые, как ты заранее знаешь, тебя отвергнут, а потом стоишь и ноешь, как старшеклассница. Хотя в действительности ты получил именно то, чего и хотел — то есть ничего.

— Тебе стыдно. Но стыдиться совершенно нечего! — Тебе легко говорить, ведь ты себя дураком не выставлял... — Тедди, ты не дурак! Нужна немалая смелость, чтобы сказать, что у тебя на сердце. Большая смелость, чем спасение мира от мега-злодеев. — Вот он я... Человек-убожество!

— Не понимаю, почему все ушли. — Это одна из великих тайн жизни. Откуда почки знают, как раскрываться. Откуда птицы знают, как летать. Почему голубые бросают один клуб ради другого.

В том-то и проблема. Идеал никогда ни на кого не смотрит, зная, что идеал — это он.

— Ты очень меня поддержал, но если мы безнадежно заблудились, и я не смогу пережить буйство стихии... Я хочу, чтоб ты знал — я даю тебе разрешение съесть меня. — Спасибо, Тедди. Это самое щедрое, что один человек может предложить другому.

— Я бы не стал встречаться с ВИЧ-инфицированным. — Должна сказать, мне это странно слышать от одного из вас, ребята, учитывая, сколько парней вы трахаете. У кого-то из вас тоже могла быть положительная реакция. И причина того, что это не так, далеко не в том, что вы всегда осторожны. Дело в том, что вам везет. Вам охуенно везет. Так что не говорите мне, что вы не можете любить кого-то только потому, что ему не повезло так, как вам. Это ещё больший повод любить его, если вы спросите.

— Пять пар джинсов, семь рубашек, четыре свитера и десять футболок. — Надолго ты едешь? — На уикэнд. — Ясно. Смена белья, упаковка презервативов, тюбик смазки. Все, ты собран.

— Ну по крайней мере у тебя будет твоя гордость. — Я слышал, в Париже в этом году все это носят.

— Ну как вам? — Ну-у, ты молодец. — Классная рубашка. — Ты знаешь, ты великолепен. — Жутко смотреть. — Да, ну хоть кто-то честен... Мудак.

Знаешь, каждый год я желал одного и того же... любить кого-то и чтобы он любил меня. В этом году, думаю, я пожелаю кое-что другое: мудрости и зрелости, чтобы понимать, что я не найду того, чего хочу, если буду искать этого; не ждать, что кто-то даст мне то, чего я никогда не мог дать сам; что я не половинка, которая хочет стать целым… И даже если этот особенный человек никогда не появится, у меня всё будет прекрасно.

— А он горяч. Жаль только, что натурал. — Ну можно же девушке помечтать!

— Я обожаю Париж! — Ты никогда не был в Париже. — Но я знаю, что полюблю его, когда окажусь там.

Потому что трагизм этой жизни в том, что не все рождены носить лайкру.

Недостаточно самому снять парня, надо еще, чтобы твой лучший друг ушел домой один.

В каждом из нас сидит уверенность, что мы не заслуживаем того, чтобы нас любили. Мы влюбляемся в кого-то, кого не можем заполучить и кто никогда не полюбит нас. И мы мечтаем о том дне, когда он вдруг осознает и поймёт, что он теряет и все наши мечты сбудутся. Только этот день никогда не настанет. И прежде чем ты опомнишься, уже наступает твой сороковой день рождения, пятидесятый, а ты всё ещё один.

Твой дом — это самая важная инвестиция.

Есть две причины дружить с лесбиянками: 1) они не пытаются тебя убедить в том, что ты гей, только потому, что не встретил настоящую женщину; 2) они умеют поставить запасное колесо.

Проблема совершенства в том, что оно не способно признать ничего, что хоть немного совершеннее, чем оно само.

— У меня все еще эрекция. — Эрекция? Что это значит? — Вот что это значит! Я принял таблетку! Восемнадцать часов уже стоит. Что мне делать? — Ты пробовал подрочить? — Может лучше холодный душ? — Может быть, напугать его? Бууу! — Может, показать ему то, на что у него опустится сразу? — Да, покажите ему сиськи! — Перестань, Брайн. — Ты хорош, конечно, ты говорил, что два часа. Ну, делать-то мне что? — Слушай, а попытайся это использовать в понедельник. — Почему в понедельник? — Потому что в понедельник поднимается флаг!

— Моя мать — фригидная сука. Мой отец был запойным пьяницей. Они ненавидели друг друга в браке, и, вероятно, поэтому я сам не желаю или не способен создать длительные, преданные отношения... И то, что я пью, как рыба, употребляю наркотики и имею в большей или меньшей степени беспорядочные половые связи, не особенно помогает. В результате я потерял двух человек, которые значили для меня больше всего в жизни. — Ну... вот... разве тебе не стало лучше? — Нет. Но я уверен, что тебе стало.