Валентин

Когда впервые грех родится, Себя таит он в первый миг: Под кровом ночи рад он скрыться И закрывает грозный лик; Тогда убить его не поздно. Но скоро, скоро грех растет, Средь бела дня открыт идет; Лицо его не меньше грозно, Но чем лицо его страшней, Тем яркий свет ему нужней.

У России теперь, как и у всех, нет постоянных союзников! Отныне есть только постоянные интересы.

— Да я не обижаюсь, чего обижаться-то? Вы — интеллигенция. Рабочий класс, он относится к прослойке свысока. <...> — Нет, Валя, ты не рабочий класс. Ты — люмпен. — Кто? — Люмпен. В тебе нет профессиональной гордости мастера, а есть амбиции «незнайки».

— Сволочь ты все-таки, — задумчиво протянула я. Уныние в голосе оборотня мгновенно сменилось на сдержанный смех. — На том стоим, солнышко. — И уши у тебя холодные, — тем же задумчивым тоном продолжила я. — Теплые! Хвостом клянусь! — Не верю! — Мой хвост! Я смертельно оскорблен!

Ложь начинается там, где появляется принуждение.

— ... не уходи. Тогда не придется возвращаться... — А я постараюсь не вернуться.

— Ты — забавная женщина! С тобой не соскучишься! — А я непросто женщина, я — певица. Певица, в которую ты не веришь...

— Валь, меня пригласили в шоу! — В шоу! Ну что ж, поздравляю... Контора солидная...

— Слушай, ну сколько можно об этом говорить?! — Знаешь, умного человека не грех послушать и дважды!

Когда человек в отчаянии, он легче идёт навстречу приключению.

Прямых речей от женщины не жди: в её «уйди» звучит «не уходи»...

Разум есть сложный инстинкт, не успевший еще сформироваться. Имеется в виду, что инстинктивная деятельность всегда целесообразна и естественна. Пройдет миллион лет, инстинкт сформируется, и мы перестанем совершать ошибки, которые, вероятно, являются неотъемлемым свойством разума. И тогда, если во Вселенной что-нибудь измениться, мы благополучно вымрем, — опять же именно потому, что разучились совершать ошибки, то есть пробовать разные, не предусмотренные жесткой программой варианты.