Вилли Вонка

— Знаешь, на прошлой неделе я прочёл в одном очень важном медицинском журнале, что некоторые дети страдают аллергией на шоколад. У них свербит в носу. — Может у меня нет аллергии, и я могу съесть кусочек? — Неужели? Но зачем рисковать? Хе-хе-хе.

— Что тебе помогает, когда тебе плохо? — Семья.

Видите ли, полгода назад я подстригался и сделал в высшей степени странное открытие. В этом серебряном волоске я увидел отражение всех моих трудов... <...> В этот момент я понял: я должен найти наследника.

Лучший приз — это сюрприз.

Жвачка — это ерунда, её не жуйте никогда.

— Значит, если я перееду на фабрику, то больше никогда не увижу родных? — Да! Считай это удачей.

Кондитер должен летать в одиночестве. Следовать за мечтой, да, не смотря ни на что. Посмотрите на меня, у меня нет семьи и я процветаю.

Когда дело доходит до десерта, всегда что-нибудь происходит.

Вы знаете, что шоколад способствует выработке эндорфинов. Создаёт ощущение влюблённости. Хи.

— Это настоящие люди? — Конечно, настоящие. Это умпа-лумпы. — Умпа-лумпы? — Вот именно. Из самой Лумпаландии. — Это выдуманная страна. — Что? — Я – школьный учитель географии и я вас уверяю... — Что ж, в таком случае вам известно о том, какая это ужасная страна.

А вы знаете, из чего делают кукурузные хлопья? Это же деревянные стружки из точилок для карандашей.

Импровизация — это несложный фокус, его любой сделает.

— От вас арахисом пахнет. Я люблю арахис. — А от вас — благородной старостью и мылом... Мне нравится.

К твоему сведению, девочка, взбитые сливки только тогда взбитые, когда их розгами взбивают. И все об этом знают.

Будьте осторожны, мои дорогие дети. Не теряйте голову.

Не просто кое-что, а кое-что из чего-то лучше любого чего-нибудь...

Всё, что есть в этом цехе, съедобно. Даже я съедобен, но это называется каннибализм, мои дорогие дети, и не приветствуется в большинстве обществ.

Доброе утро, звёздный свет. Земля говорит здравствуй.