Локи: агент Асгарда (Loki: Agent of Asgard)

— Ты упал в пустоту... Совсем как в прошлый раз... Это то, что зовется смертью эго. Нехватка себя. Небытие. Оставляющее в прошлом надстройки. Троны, обиды, власть, старые соблазны. Оставляющее в прошлом пренебрежение. Повторение старого, ожидание нового. Оставляющее в прошлом гнев. Так много гнева. Но затем, когда все это ушло... — Я вернулся.

Всегда есть больше, чем одна правда.

Возможно, некоторые истории были так интересны... так убедительны... так желанны... что вселенная поверила в них. Так сильно, что они обрели магию. Так сильно, что они ожили. Только представьте! Только послушайте их! Самые древние сказки! Перекликаются! Через воздух, через разум! Сквозь пространство и время! Возвращаясь к началу времен! Смешиваясь со всем, что уже существовало, и пробуждая что-то новое! Десять миров! Десять звонких сфер на великом Мировом Древе! Десять миров богов, демонов и оживших мифов! Разве это не прекрасно? Или, может, это просто бессмыслица.

Что есть ложь, Верити? Ложь — это рассказанная история, вот и всё.

Если ты правда хочешь измениться, ты не можешь просто обманывать себя, выдумывая то, что имеешь. Обман не стоит того.

Твоя история — это то, что делает тебя собой.

Эта вселенная предпочитает старые узоры, старые циклы. Она предпочла бы мой прежний облик.

Ах, ошибочка вышла. Какой милый хаос ты посеял.

Верьте или нет, машины обхитрить куда легче, чем людей. Они и впрямь невероятно доверчивы.

— Ты уверена, что это Локи? Какой-то он... стиляга. — Это он. Он ещё в розыске за проникновение на хеликаррьер Щ. И. Т.а, выведение из строя одного из секретных агентов и похищение ценного магического артефакта. А также за множество других преступлений. — Всё в прошлом. Я другой бог. Привлекательный негодяй с золотым сердцем, здесь исключительно с дружеским визитом... — Ты не друг мне, Локи. Ты мой брат, кара за мои грехи. И ты змей с двумя языками. Зачем ты здесь, глупец? — О, я никогда не мог лгать тебе, Тор. На самом деле, я агент всематерей, работающий под прикрытием в виде миловидной няшности, и я здесь по крайне секретному шпионскому делу.

Давным-давно Тор был сослан в Мидгард и провёл это время, играя роль героя. А его брат Локи — страдающий из-за нескольких небольших ссор — решил сыграть роль злодея. Но боги — это магические создания, легендарные создания. Мы должны быть осторожны с выбранными ролями. Бог озорства стал богом зла. Но Локи это не заботило. Тогда он горел. Горел вечность. Локи пожертвовал многим, чтобы пламя унялось; чаще всего он жертвовал другими людьми.

— Ещё мёда! Ага, судя по тону, мой брат снова в запое и издевается над слугой. Всё слишком знакомо по нашей юности. Сейчас наши отношения, конечно, намного лучше... — Я чую... маленькую юркую крысу. Иди сюда, крыса. Ладно. Во всяком случае, МОЁ.

А что есть у меня, так это чудесная пара семимильных сапог, которую я освободил от Льёсальфара из Альфхейма; он слишком долго единолично ею владел.

Чистое сердце есть самая великая магия из всех!

Истории есть везде, куда ни глянь.

Я — это я. Во-первых, во-вторых и навсегда.

Я знаю, о чем вы сейчас думаете: почему я падаю навстречу смерти, пока человек, принимающий жизненно важное решение, выпускает мне в лицо стрелу? А? Почему бы не использовать магию, чтобы все стало лучше? Не рассказать вселенной захватывающую историю? «Затем Локи скрестил пальцы, и все стало хорошо. Его миссия была выполнена, он получил пони, воздушные шарики и космический куб. Конец.» Это не очень-то хороший сюжет, не так ли? И... Представьте, что у вас есть большая красная кнопка, которая может спасти от всего. Но если вы нажмете ее слишком сильно, остаток вечности вы проведете в цепях в огне. Сгорая. Все мысли — о вечном пламени. Честно? Я бы предпочел стрелу в лицо. Это хотя бы быстро.

Суть магии в том, чтобы взять мысль и сделать ее реальностью. Взять ложь и сделать ее правдой. Рассказать вселенной сказку так точно, так космически совершенно, чтобы в один блистательный момент мир поверил, что человек умеет летать. Ладно, на самом деле, полеты — по части моего брата. У него есть для этого молот.

Ах, мидгардские песенки!... Прежде я презирал эти маленькие горьковато-сладкие обрывки надежды и утраты, столь же короткие и милые, как жизни их создателей, столь далёкие от пения рогов и возвышенной музыки скрипок в моем доме; но сейчас... Ладно, я учусь видеть магию в них.