Александр Григорьевич Лукашенко

Не надо никакой паники. Надо просто работать. Особенно сейчас, на селе. Приятно смотреть по телевизору: люди на тракторе работают, никто не говорит про вирусы. Там трактор вылечит всех! Поле всех лечит!

В Белоруссии вопрос о языках закрыт: в стране два государственных языка — белорусский и русский. Ни украинский, ни российский — русский, вы это понимаете, в который мы душу вложили. Это общее достояние. Люди гибли, вместе с русскими людьми воевали, это наше общее достояние. Если кто-то хочет потерять разум, он потеряет русский язык, если он хочет потерять своё сердце, он потеряет белорусский язык.

Говорят, что у меня двойник работает... Ты иногда меня-то щупай.

Революции нам не нужны. Мы уже прошли все эти революции, особенно в образовании.

У меня сложилось такое впечатление, что всех начали делать бакалавров, загонят всех в магистратуру — вот тогда ты будешь действительно специалистом. Это неправильно.

Кому-то неймется, что удивительно — в России, приватизировать эту победу. Как будто не было на войне других — белорусов, украинцев, грузин, армян, таджиков, туркмен… Весь Советский Союз воевал.

Нельзя уподобляться россиянам. Они сами не понимают, чего хотят и что они делают на белорусско-российской границе. Пусть определяются. Определятся — нам не проблема ответить. Мы готовы в любой момент адекватно дать ответ. Если они хотят закрыть границу — пожалуйста. Закроют — мы в ответ также должны ввести контроль на границе.

Если Украина будет в НАТО — другая ситуация, если не будет в НАТО, но там возобладают слишком националистические тенденции с ориентацией «воевать со всеми», то это третья ситуация — еще более сложная.

Это очень белорусское: сначала сделать что-то очень аккуратно, а потом дорабатывать.

Если ты приехал на пять дней, влюбился, а пяти дней не хватило, то можешь зарегистрироваться у министра и остаться под другим соусом.

В стране кризис, в России кризис. Давайте посмотрим, как живут банкиры. Неплохо живут, лучше, чем в прошлые годы, несмотря на кризис. В том числе по зарплате, кредиты сами себе выдают. В ближайшее время мы наведем там железный порядок.

В сложные времена в СССР были недоступны многие товары, например, стиральный порошок. Надо заниматься житейскими вопросами и, исправив ошибку Советского Союза, обеспечить население всем необходимым.

Я слышал, что меня критикуют за то, что Коран поцеловал. Эрдогану подарили Коран, он его поцеловал. Мне такой же подарили, а что я должен был сделать? Кто-то уже думает, что меня перекрестили.

У нас нет понятия «лицо кавказской национальности». Только однажды был случай. У меня старший сын такой черномазый. Так его остановил милиционер, просит документы проверить. Думал, что кавказец. Посмотрел на паспорт – извините-извините.

Как ты относишься к природе и животным – так у тебя и жизнь будет складываться.

Для меня любой гражданин России — это русский человек. <...> И я, как белорусский президент, никогда не противопоставлял белоруса и россиянина. Это родные народы. Иногда говорят: один народ. Может, кому-то это не нравится, но скажу так: это народы от одного корня. Есть российский — огромный ствол, а есть ствол — белорусы, украинцы; мы от одного корня. Мы оттуда вышли. И чего тут бояться? Это моя политика, моя идеология, я всегда её придерживался, я, наверное, с ней и умру. Этим всё сказано. Русский человек — это тот же белорус. Белорус — это тот же русский. Потому что мы одни корни имеем.

Беларусь как хрустальный сосуд, слабенький хрустальный сосуд, который я несу в своих руках уже два десятилетия и боюсь уронить.

Мы никому не закрываем рот… Человек должен свободно высказывать свое мнение. Пришли домой — ты хочешь поговорить… Ну вот на кухне чего-то боятся… Да никогда ничего не бойтесь! Говорите про меня, про кого хотите. Но помните, что „воевать“, как в Турции, против президента и власти, можно только на выборах.

Вы знаете, я хотел бы, чтобы люди никогда, заглядывая в кошелек или свой карман, не думали о том, что им на что-то не хватает. Всегда части народа чего-то не хватает, это естественно. А я бы хотел, чтобы люди в Беларуси никогда этим не страдали. Вот она, моя единственная мечта.

Уважаете белорусский народ, терпите Лукашенко.

Даже если весь мир выступит сегодня против Лукашенко, он все равно станет президентом, если он этого захочет.

Лучше быть диктатором, чем голубым.

Я хочу, чтобы русский человек, занял на планете Земля достойное место опоры, оплота славянской цивилизации. Я не хочу, чтобы русские нищали, вымирали. Я хочу, чтобы они были сильными и богатыми. Тогда и нам, особой ветви славянства, Белой Руси, будет лучше. Тогда и другая ветвь – Малая Русь потянется к Руси Великой. И мы снова станем монолитом.