Бернард Мандевиль

Завистью мы называем ту низость нашей натуры, которая заставляет нас горевать и тосковать при виде того, что, по нашему мнению, составляет счастье других.

Тот, кто не имеет сострадания, жесток.

Мы часто испытываем стыд и краснеем за дела других только потому, что иногда принимаем слишком близко к сердцу дела других.

Милосердием называется такая добродетель, благодаря которой любовь, питаемая нами к самим себе, переносится на других, не связанных с нами узами дружбы или родства.

Честь есть не что иное, как хорошее мнение о нас других людей.

Если мы хорошо воспитаны, то не страдаем ни от каких ограничений в наших чувственных удовольствиях.

Стыдом можно назвать печальное размышление о нашей собственной недостойности, вытекающее из опасения, что другие либо заслуженно презирают нас, либо могли бы презирать, если бы все знали.

Волнение, вызываемое страхом, пропорционально не опасности, а нашему предчувствию беды, которой мы опасаемся, будь она реальна или воображаема.

В тот самый момент, когда зло перестало бы существовать, общество должно было прийти в упадок.