Гарегин Нжде

С Сократа началось существование самостоятельной личности человека. Геракл ума и духа — таким был он как мыслитель. Истина была его единственным оружием. Он был бесстрашным, когда нужно было восстать против варваров Афин. И таким же бесстрашным, когда нужно было сказать горькую истину народу, привыкшему слышать ложь.

Нет смерти, нет потери в космосе. Есть постепенное воодушевление материи, бесконечное развитие духа, совершенствование.

Высокие должности без духовного величия похожи на глиняную статую, воздвигнутую на золотой пьедестал.

Истинно свободен тот, кто свободен от страха смерти.

Истинно счастлив только тот, кто не чувствует присутствие насилия.

Просвещён тот народ, который жил, боролся и строил с книгой в руке.

Армия, занимающаяся убийством и грабежом, может дать бандитов и убийц, но не героев.

Существо без религии не станет огнедышащим воином.

Справедливым предводителем может быть только герой. А быть героем, значит считать свою жизнь ничем перед вечноценными вещами.

Я увидел свободного душой, находящегося в рабстве, и полюбил человека. Я увидел раба, находящегося на свободе, и возненавидел человека.

Культура, если не национальная — не культура, как и нация, если не культурная — это не нация.

Каждый трус биологически безнравственен.

Нельзя быть одновременно плохим человеком, но хорошим армянином, нельзя быть несовершенным человеком, но совершенным армянином.

Укрепись в возвышенных думах!

Нет такой женщины, которая смогла бы очаровать мужчину только своим умом.

Да, жизнь — это борьба. Борьба требует оружия. Но бесчеловечен тот, кто достает оружие из ада.

Не знаю, есть Бог или нет, но хотел бы, чтобы он был. И если он есть — я бессмертен.

Похороните музыку и поэзию, и наш мир превратится в хлев.

Мое имя — борьба, мой конец — победа.

Нации имели, имеют, и будут иметь судьбу, достойную их. Независимо от тебя история дает наказ, и никто не может изменить твое положение.

Я твой живой меч, родина, который должен принести тебе победу.

Мужественен тот, кто был соратником Всемогущего Духа.

В наших боях я увидел самого лучшего армянина – смирившегося со смертью, воина, ринувшегося на врага с решительностью победить любой ценой. Узнал и самого плохого армянина – совершившего трусливое преступление. Первый готов погибнуть ради бессмертия и продолжения жизни своего народа и чести его оружия; второй — жил бы любой ценой для того, чтобы жила слава врага.

Мужество, нам необходимо мужество, такое, чтобы у нас была нужда его умерить.

Страсть и нужда должны быть слугой, а не хозяином и тираном.