Рудаки

Как тебе не надоело в каждом ближнем видеть скрягу. Быть слепым и равнодушным к человеческой судьбе! Изгони из сердца жадность, ничего не жди от мира, И тотчас безмерно щедрым мир покажется тебе.

О Рудаки, будь волен духом, не так, как прочий люд, живи! И разумом, и сердцем светел, как мудрецы живут, живи! Не думай, что тебе лишь плохо, для всех же – мир благоустроен. Пойми: плохого много в мире; ты для благих минут живи!

Он без ушей отлично слышит, он хром, а поступь так легка; Лишенный глаз, весь мир он видит, красноречив без языка; Как стан любовницы, он гибок, змее движеньями подобен; Он наделен печали цветом и грозной остротой клинка.

Все тленны мы, дитя, таков вселенной ход. Мы – словно воробей, а смерть, как ястреб, ждет. И рано ль, поздно ли – любой цветок увянет, – Своею теркой смерть всех тварей перетрет.

Будь весел и люби красавицу свою. Подобен этот мир бегущему ручью. О прошлом позабудь, грядущим утешайся, Живи и радуйся живому бытию.

Для радостей низменных тела я дух оскорбить бы не мог. Позорно быть гуртоправом тому, кто саном высок. В иссохшем ручье Эллады не станет искать воды Тот, кто носителем правды явился в мир, как пророк. Мой стих – Иосиф Прекрасный, я пленник его красоты. Мой стих – соловьиная песня, к нему приковал меня рок. Немало вельмож я видел и не в одном распознал Притворную добродетель и затаенный порок. Одно таил я желанье: явиться примером для них. И вот… разочарованье послал в награду мне бог.

Он умер. Караван Шахида покинул этот бренный свет. Смотри, и наши караваны увлек он за собою вслед. Глаза, не размышляя, скажут: «Одним на свете меньше стало», Но разум горестно воскликнет: «Увы, сколь многих больше нет!» Так береги от смерти силу духа, когда грозящая предстанет, Чтобы сковать твои движенья, остановить теченье лет. Не раздавай рукой небрежной ни то, что получил в подарок, Ни то, что получил заботой и прилежаньем долгих лет. Обуреваемый корыстью, чужим становится и родич, Когда ему ты платишь мало, поберегись нежданных бед. «Пугливый стриж и буйный сокол сравнятся ль яростью и силой, Сравнится ль волк со львом могучим», – спроси и дай себе ответ.

Сквозь оболочку мира глаз твой не видит жизни сокровенной, Так научись глазами сердца глядеть на таинства вселенной; На все, что зримо и телесно, гляди открытыми глазами, Но сердце научи увидеть изнанку видимости бренной.

Владыки мира все скончались, и ныне горсть земли они. Пред смертью головы склонили и в вечность отошли они. Скопили тысячи сокровищ и наслаждались высшей славой. И что же! К дню своей кончины лишь саван донесли они.

Однажды время мимоходом отличный мне дало совет (Ведь время, если поразмыслить, умней, чем весь ученый свет) «О Рудаки, – оно сказало, – не зарься на чужое счастье. Твоя судьба не из завидных, но и такой у многих нет».

Любовь — мой труд и помыслы мои, Мне мир не нужен, если нет любви.

Не вздумай на себя принять вину друзей: к чему обуза? Еще никто не поднимал одной рукою два арбуза.

Мы — овцы, мир — загон, где есть один закон: Едва наступит сон, сгоняют нас в загон.

Откажись от мира, спрячься от друзей и от врагов, Двери дома запирай и на цепь и на засов.

Не обольщайся тем, что ты разбогател: Увы, в глазах судьбы не нов такой удел.

Прекрасен день весны — пахучий, голубой, Но мне милее ночь свидания с тобой.

Великодушием отмечен царь державы: Он стрелы золотом украсит в день кровавый, Чтоб саван для себя сумел добыть убитый, А раненый — купить лекарственные травы.

За право на нее смотреть я отдал сердце по дешевке. Не дорог был и поцелуй: я жизнь свою вручил торговке. Однако если торгашом стать суждено моей плутовке, То жизнь мою за поцелуй тотчас торгаш отнимет ловкий.

Да, верно: к мудрецу наш мир не справедлив. От мира благ не жди, а будь трудолюбив.

Хотя, с тобою разлучен, познал я горькое страданье, Страданье — радость, если в нем таится встречи ожиданье. Я размышляю по ночам, счастливый, и твержу: О боже! Коль такова разлука с ней, то каково же с ней свиданье!

Я потерял покой и сон — душа разлукою больна, Так не страдал еще никто во все века и времена. Но вот свиданья час пришел, и вмиг развеялась печаль: Тому, кто встречи долго ждал, стократно сладостна она.

Будь весел с черноокою вдвоем, Затем, что сходен мир с летучим сном.

Лицо его светло, зато душа порочна, Хотя он и красив, плоха его основа.

Ты будущее радостно встречай, Печалиться не стоит о былом.

Все то, что мир творит, — подобье сна дурного, Однако мир не спит, он действует сурово. Там, где ты видишь зло, свое он видит благо, Он радуется там, где боль всего живого.