Никита

— Я знаю, чего ты боишься, Гош. Ты боишься того, что это всё — правда. А если это правда... — ...то это разрушит твой рациональный мир.

Пока несовершенен человек, думал Никита, ему придется терпеть и сосуществовать со злом, чтобы не допустить другого, более дикого.

За всю историю человечества не было ни одной красивой смерти.

Кощей, наверное, так и не понял, кто на него напал, но результат драки был предрешён... Я ни за что бы не поверил, что маленький, гневный дедок способен ТАК отволтузить самого крутого преступника современности. Он катал его пинками по двору, бил лбом о порог, пересчитывал зубы, лупцевал пустой бадьёй куда ни попадя, не давая ни секунды на передышку, да ещё отчаянно матерясь прямым текстом! Разумеется, Кощей был выше, тяжелее и сильнее, но он настолько уступал баннику в скорости, что не имел ни малейшего шанса даже на ничью..

Наверное, я бы часто поступала по-другому, если бы меня вовремя предупредили, что жизнь похожа на минное поле: когда — нибудь обязательно рванет. Главное, как можно дольше продержаться. И научиться получать при этом удовольствие.

Брак — это не только и не столько постель, но и некие договоренности о взаимодействии двух систем, которые в этом случае становятся слишком уязвимыми со стороны друг друга.

— Я за свою жизнь не заметила особой пропорциональности между количеством поклонников и весом. — А чего тогда все бабы голодают? — От неуверенности в себе. И мужики тоже.

Сам он из деревенских, двадцати трех лет от роду, росту в два метра да в плечах полтора, силища немереная, храбрости хоть отбавляй, единственное, чего нет — так это ума. Во всем прочем — отличный исполнитель и слушается меня, как родную маму.

... Я был у нее первым. Что это значило для нее? И что для меня? Для меня — тренажер для члена, мастурбация с помощью влагалища. Тело. Мясо.