Седьмой

Я готов. Я слишком горд и слишком уверен в своей правоте, чтобы умолять о пощаде. И я не виноват. И никогда не жалел, что выбрал такой путь. Я не раскаиваюсь. Если я допустил какую-то ошибку, осудить меня может только Он. Люди — не боги.

— А вам не кажется, что вы слишком романтичны? И в то же время слишком жестоки? — Жестокий романтизм — порождение эпохи.

— Солдат — это солдат. Что он может против страшной машины, которую создали вы со своими дружками? — Вы сказали «против страшной машины». А, по-моему, в создании этой машины участвовали все от мала до велика. И многие нас поддерживали.

Ранен был весь народ. И я еще отделался легким, а многие были ранены и в сердце.

Не стройте из себя святого Петра. Эта маска вам не идет.