Фрэнсис Бэкон

Что самое главное в государственных делах? — Смелость. Что на втором и третьем месте? — Тоже смелость. И вместе с тем смелость — дитя невежества и подлости.

Бойкость всегда слепа и не различает опасностей, а потому непригодна советнику, но нужна исполнителю.

Повторение является обычно потерей времени; но ничто так не сберегает времени, как повторное изложение сути вопроса.

У кого мысли написаны на лице, тот выдаёт себя с головой; ведь лицу придают более веры, чем словам.

Не стыдно сокращать мелкие расходы, стыдно унизиться до мелкого стяжения.

К памяти предшественника будь справедлив и почтителен, ибо иначе этот долг наверняка отдадут ему после тебя.

Жалость исцеляет от зависти. Благоразумные сановники... жалуются на тяжёлую долю, чтобы оградить себя от зависти

Лучше утвердиться в своем праве молча и de facto, нежели заявлять о нем громко и вызывающе.

Умеющий молчать слышит много признаний. Ибо кто же откроется болтуну или сплетнику?

Честный и порядочный человек никогда не сможет исправить и перевоспитать бесчестных и дурных людей.

Поведение человека должно быть подобно его одежде: не слишком стеснять его и не быть слишком изысканной, но обеспечивать свободу движений и действий.

Правила поведения — это перевод добродетели на общедоступный язык.

Тех, кто придерживается пресловутой благоразумной мягкости в своих действиях, может научить только усиление зла.

Неизменно завистливы те, кто из прихоти и тщеславия желает преуспевать во всем сразу.

Душа человеческая питается либо собственным благом, либо чужим несчастьем.

Чем достойнее человек, тем большему числу существ он сочувствует.

Краска стыда — ливрея добродетели.

Нельзя в припадке гнева бесповоротно ломать какое-либо дело; и как бы вы ни выражали свою горечь, не делайте ничего, чего нельзя было бы поправить.

Чтение — это беседа с мудрецами.

Супружеская любовь создает человеческий род, дружеская любовь совершенствует его, а распутная любовь его развращает и унижает.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Все остальные добродетели освобождают нас от господства пороков, одна только храбрость освобождает от господства судьбы.

Знатность редко является результатом доблести; доблесть же результатом знатности еще реже.

Богатство очень хорошо, когда оно служит нам, и очень плохо — когда повелевает нами.