Цитаты на тему «государство»

Государство — это механизм и форма существования власти.

Вы же проецируете библейскую притчу на реальную машину нацистского государства. Вы подумайте, притча о совести человеческой и нацизм, машина, которая в принципе своём лишена совести. Ну я не знаю, с камнем на дороге или со стеной, на которую вы натолкнулись, вы же не будете общаться, как с существом, себе подобным?

Взаимоотношения между руководителями страны, правительства, государства, личные взаимоотношения играют не последнюю роль в том, как движется исторический процесс.

Государству не должно быть дела до религии, религиозные общества не должны быть связаны с государственной властью. Всякий должен быть совершенно свободен исповедовать какую угодно религию или не признавать никакую религию.

С уходом Сталина всё понеслось под откос, потому что к власти пришёл Хрущёв, который стал выразителем интересов определённой части партийно-государственного аппарата, которой та модель советского проекта и тот напряжённый труд был не по нраву. Они хотели расслабиться и жить в своё удовольствие. Это была уже поступь реакции.

Борьба с забастовками в Советском Союзе началась Хрущёвым в 1962-ом году, когда расстреляли рабочих. Тем самым Хрущёв продемонстрировал, что его государство — это диктатура буржуазии, то есть начался переходный период от социализма к капитализму.

Власть без борьбы жить не может. Да и не только власть. Человеческое общество построено на внутривидовой борьбе. Возьмите любой трудовой коллектив, и вы увидите, в этом коллективе существуют различные группировки, склоки, выяснения отношений, подсиживания и так далее. Высшая власть ничем не отличается от всех остальных общественных страт. Другое дело — идёт ли эта борьба за «кормушку», либо по принципиальным вопросам — за курс страны.

Государство — это репрессивный аппарат, аппарат насилия, и право в государстве — это есть воля господствующего класса, возведённая в закон. Мы — социалистическое государство; мы создаём такую правовую систему; все, кто подрывают основы пролетарского социалистического государства — они есть преступники, преступившие этот закон, поэтому будьте добры — на нары! Нам рассказывают про репрессии коммунистов. Значит, буржуазные репрессии — пожалуйста — всё по закону. А эти — не по закону?!

«Как-то большая сила, у которой маленькая госзарплата решила, что за это отомстить кому-то, все-таки, ведь как-то надо. Тут шел я. Был схвачен, брошен к скромной дверце военкомата. Но микрочип в моем среднем ухе дал знать: «Это первая ступень ада!»

У меня было два пути. Первый — это воровать и вывести своих друзей и родственников в списки «Форбс», при этом оставив свой народ на голой земле. Второй — это служить своему народу и вывести страну в десятку лучших стран мира. Я выбрал второе.

У кого средства массовой информации, тот по сути дела и определяет исход выборов.

Именно владельцы крупной собственности на средства производства и формируют тот политический класс, который и приходит к власти, которого и приводят к власти. А на обоснование законов, даже самых антидемократических, античеловечных, у нас полно «говорящих голов» в «экспертном» сообществе.

Последние социальные реформы, предложения, в том числе в финансовой сфере, они ярко демонстрируют, что, тот курс, который был взят правительством Ельцина, Гайдара, Чубайса в 92-93-ем годах, он никуда не делся, он лишь частично мимикрировал под какие-то сиюминутные задачи, под общественные настроения, поспекулировал на этих настроениях, создал у многих иллюзию того, что возможен какой-то поворот.

— Ваше Величество, взгляните на меня! Никому не известно, кто из нас на несколько минут или секунд, старше другого. — Вы действительно мой брат? — И меня преследуют с самого рождения, чтобы вы могли спокойно царствовать. — Я этого не знал. — Теперь вы знаете. — И все же, я с этим согласен. — Не сомневаюсь. — Государство часто требует жертв. — Очень утешительно, тем более, что пожертвовали не вами, а мной. — Теперь мы поменялись ролями, в маску закован я. Но я не ропщу, я принимаю участь, которую вам угодно было мне приготовить. — И что же дальше? — Вероятно, вы займете мое место в Лувре, а я, вероятно, займу ваше в Бастилии. — И что, даже попав в Бастилию, вы не откроете правду коменданту? — Даже под пыткой, я предпочту, чтобы никто ничего не знал. Я думаю о Франции, о своем королевстве.

Социалистическая система Советского Союза могла выдать революционные технологии, когда ей ставились соответствующие задачи, например, космический спутник, полёт в космос. И проблема была в том, что бюрократия хорошо знала, что она хочет в оборонке и в космосе, но она не представляла, что нужно улучшить в народном хозяйстве, пока это не появлялось на том же Западе. Таким образом, если социализм будет по-настоящему демократичным, если население сможет смещать бюрократию, если эффективно будут работать государственные программы по поддержке инновационных решений, тогда от частной собственности можно будет безболезненно избавиться.

Чем лучше устроено Государство, тем больше в умах граждан заботы общественные дают ему перевес над заботами личными. Там даже гораздо меньше личных забот, ибо поскольку сумма общего блага составляет более значительную часть блага каждого индивидуума, то последнему приходится меньше добиваться его путём собственных усилий.

Эксон Мобил распоряжалась венесуэльской нефтью 50 лет, вплоть до национализации в 76-ом. Тут что любопытно? Каракас в эпоху Эксона и военных диктатур был процветающим городом, как и вся Венесуэла: бурное жилищное строительство, дорогие автомобили, богема и гламур. Для некоторых, не для всех. Потом нефтедоллары закончились — страна рухнула в кромешную нищету... Однако при Уго Чавесе страна не избавилась от нефтяной удавки. И до сих пор 95% доходов — от нефти. До сих пор нет ни новых производств, ни чёткого государственного планирования. До сих пор лавирование и поиск компромиссов с олигархией... В какой-то момент даже самые убедительные и очевидные ссылки на «волосатую руку» Госдепа, просто перестают работать, как перестают работать любые половинчатые меры.

Финал пришедших к власти левых через выборы всегда один: Эво Моралес в Боливии, Лула да Силва в Бразилии, Кристина Киршнер в Аргентине, Ципрас в Греции и так далее, и так далее. Франсуа Олланд во Франции, напомню, тоже был от социалистов. Можно вспомнить, чем буржуазия ответила на избрание Альенде честным голосованием. В Испании приход левых через выборы закончился военным мятежом Франко и установлением фашистской диктатуры. Мы видим итог любых попыток торговаться по принципиальным вопросам. Горькая правда, которую нужно усвоить: государство — это инструмент диктатуры правящего класса и оно не примиряет всех со всеми, а навязывает свою волю. Оставляя в руках буржуазии прежнюю армию, полицию и спецслужбы, вы с гарантией получите военный мятеж. Оставляя за буржуазией экономику, вы получите хозяйственный разлад и прямой саботаж, который приведёт к беспорядкам, когда простые люди будут во всём винить дискредитировавшее себя народное, левое правительство (как в Венесуэле).

Диктатура иногда необходима. Только если она направлена во благо, но чаще всего она лишь прикрывается благими целями, просто совершая насилие…

Правителям необходимо испытывать холод и голод, только так они не забывают о своём народе.

Везде любят дурить своих граждан… Правда, в штатах при этом учёным всё-таки платят больше.

Королевства и герои всегда существовали и погибали.

Подавляющее население стран СНГ до сих пор упорно не хочет понимать разницу между коммунизмом/социализмом и капитализмом. Между так называемой «диктатурой» и идиотским абсолютно понятием «свободы». Господа, при коммунизме государство обязано обеспечивать ваше здоровье, образование, снабжение, будущее. При коммунизме оно ОБЯЗАНО за вас ДУМАТЬ. Вообще, когда кто-то за кого-то ОБЯЗАН думать — это зовется ДИКТАТУРОЙ, иначе — никак, потому что каждому НЕ МОГУТ понравиться все решения правительства, следовательно всегда будут недовольные и кого-то ВСЕГДА ПРИДЁТСЯ ПРИНУЖДАТЬ. Капитализм решил проблему принуждения иначе. Он не делает добро насильно. Он его не делает вообще. Вы — свободные бараны? Хорошо. Думайте сами. Обеспечивайте ваше будущее, снабжение, образование, здоровье — сами. Государство при капитализме — это шериф в вестернах. Дядька с большим кольтом, который этим самым большим кольтом обеспечивает СЕБЯ, потому что каждый САМ за СЕБЯ думает. Он в лучшем случае вашим здоровьем поинтересуется, а заниматься он им будет ТОЛЬКО если ему это выгодно и ПОКА ему это выгодно. Роль его — не нянька и сиделка для умственных калек, он — гарант хоть какого-то порядка. Не Порядка с большой буквы, а хоть какого-то шаткого равновесия, к примеру, если вдруг маньяк какой объявится, ну совсем все законы попирающий и шерифу не платящий, чтоб было кому маньяка этого линчевать. И налоги шериф с вас драть будет, потому что ему следить, чтоб вы, напившись или в каком другом угаре, друг друга, как свиньи, не перерезали. При капитализме государство — это, в основном, карательный орган, не снабжающий, не делящийся доходами с нефти, газа, кукурузы или шоколадок, если вы, конечно — не государство, то есть не дядька с кольтом или его молодцы. Зато у вас — свобода выбора. Ваша обожаемая свобода, господа, когда все, что не запрещено — разрешено.

Иногда надо действовать жёстче, чем хотелось бы, если ты хочешь быть уверен, что страна в безопасности. Если ради безопасности страны нужно убить на одного человека больше, то это следует сделать, это нужно сделать. Если ради того, чтобы люди могли жить в безопасности, нужно убить ещё сто человек, а вы не в состоянии принять такое решение, то вы недостойны того, чтобы быть главой государства.

Государственный аппарат, господа, во все времена почитал своей главной задачей сохранение статус-кво. Не знаю, насколько это было оправдано раньше, но сейчас такая функция государства попросту необходима.