Карл Маркс

На место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех.

Единение людей с людьми, основанное на реальном различии между людьми, понятие человеческого рода, перенесённое с неба абстракции на реальную землю, — что это такое, как не понятие общества!

Природа не строит машин, паровозов, железных дорог, электрических телеграфов, сельфакторов и т.д... Всё это созданные человеческой рукой органы человеческого мозга; овеществленная сила знания.

Нации, как женщине, не прощается минута оплошности, когда первый авантюрист может совершить над ней насилие.

Презрение к самому себе — это змея, которая вечно растравляет и гложет сердце, высасывает его животворящую кровь, вливает в неё яд человеконенавистничества и отчаяния.

Я знаю только одно, что я не марксист!

Быть радикальным — значит понять вещь в её корне. Но корнем является для человека сам человек.

У входа в науку, как у входа в ад, должно быть выставлено требование: «Здесь нужно, чтоб душа была тверда; здесь страх не должен подавать совета».

Почти всякое расторжение брака есть расторжение семьи и… даже с чисто юридической точки зрения положение детей и их имущества не может быть поставлено в зависимость от произвольного усмотрения родителей… Таким образом, принимается во внимание только индивидуальная воля, или, вернее, произвол супругов, но не принимается во внимание воля брака, нравственная субстанция этого отношения.

Оставаться… скромным по отношению к нескромности — это и есть самая серьезная нескромность духа.

Стоимость рабочей силы определяется стоимостью привычно необходимых жизненных средств среднего рабочего.

Современная промышленность никогда не рассматривает и не трактует существующую форму производственного процесса как окончательную.

Средство труда убивает рабочего.

Средство труда, выступив как машина, тотчас же становится конкурентом самого рабочего.

Борьба между капиталистом и наёмным рабочим начинается с самого возникновения капиталистического отношения.

В мануфактуре и ремесле рабочий заставляет орудие служить себе, на фабрике он служит машине.

Если машина является наиболее могущественным средством увеличения производительности труда, т. е. сокращения рабочего времени, необходимого для производства товаров, то как носительница капитала она становится, прежде всего, в непосредственно захваченных его отраслях промышленности, наиболее могущественным средством удлинения рабочего дня дальше всех естественных пределов.

Раньше рабочий продавал свою собственную рабочую силу, которой он располагал как формально свободная личность. Теперь он продаёт жену и детей. Он становится работорговцем.

Но теперь капитал покупает несовершеннолетних или малолетних.

Если рассматривать машины исключительно как средство удешевления продукта, то граница их применения определяется тем, что труд, которого стоит их производство, должен быть меньше того труда, который замещается их применением.

Стоимость рабочей силы определяется рабочим временем, необходимым для существования не только отдельного взрослого рабочего, но и рабочей семьи.

Переворот в способе производства, совершившийся в одной сфере промышленности, обусловливает переворот в других сферах.

Машины — средство производства прибавочной стоимости.

Духовные потенции производства расширяют свой масштаб на одной стороне потому, что на многих других сторонах они исчезают совершенно.

Невежество есть мать промышленности, как и суеверий. Сила размышления и воображения подвержена ошибкам; но привычка двигать рукой или ногой не зависит ни от того, ни от другого. Поэтому мануфактуры лучше всего процветают там, где наиболее подавлена духовная жизнь, так что мастерская может рассматриваться как машина, части которой составляют люди.