Поджигатели

…Из человека никогда нельзя выжать всю гордость до последней капли. Это как зубная паста. Можно выдавливать тюбик изо всех сил, но там всегда остается хоть чуть-чуть пасты…

У меня разболелась голова, но ты можешь многое перетерпеть, когда на тебе новое красное белье.

— Как ты себя чувствуешь? — Ужасно, — сказала Петра. — Я все время без сил. — Да уж, придется тебе привыкнуть. Когда у тебя будет младенец, беременность покажется тебе счастливыми денечками. — Вот спасибо, — сказала Петра. — Очень обнадеживающе. — Извини. Не слушай меня. Честно. Дело того стоит.

Жизнь — это оглушительный рев, но прислушайся. Можно услышать, как муха пролетит.

Какая польза от того, что весь мир сходит с ума, если мы не можем сделать то же самое?

Привычку ухаживать за ребенком никогда не теряешь, наверно, это как ездить на велосипеде.

Если уж я чему научилась за десять лет в моде, то это что к красивой внешности нужны красивые туфли.

Конечно, это ужасно… Не чувствовать ничего к человеку, пока не появится перспектива его потерять.

…Когда у тебя дети, тебе не до шикарной одежды, не правда ли? Я хочу сказать, если ты не хочешь, чтобы тебе ее всю заляпали шоколадным мороженым.

Воспитание. Семейное состояние. Люди, у которых это есть, не похожи на нас с тобой. Они с тобой будут очень вежливы. Но попробуй только подойти к ним поближе, и они тут же отодвинутся. Попробуй войти в их круг, и они сомкнут ряды.

Мы поженились через три месяца и три дня после первого свидания. Вышло как-то смазанно. Помню, как стоял у алтаря и говорил «да». Помню, как поцеловал невесту. А потом повернулся и посмотрел на всех, кто был в церкви. И тогда я понял, что зашел слишком далеко.

— У тебя все должно быть либо черным, либо белым, так ведь? В твоем мире у нас либо роман, либо нет. — Верно, — сказал он. — Я хочу знать, что мы делаем. Жизнь и без того не простая штука, чтобы усложнять ее еще больше.

Уверяют продавцы машин… И агенты по недвижимости уверяют. Мужчины в моей жизни, как я понимаю, должны делать, а не уверять.

— Поверь мне, Теренс, тебе не надо иметь со мной ничего общего, ты не знаешь, в каком я состоянии. Он покачал головой. — С тобой все в порядке, — сказал он. — В тебе нет ничего такого, с чем бы не справилась пара стаканов.

Идет война против терроризма. Мы против них. Огонь против пожара.

Удивительное было ощущение с короткой стрижкой. Холодный ветер обдувал шею и уши. Ощущение свежести, как будто я только что родилась.

Борьба с терроризмом — это худшее занятие в мире. Смотришь на лондонцев, которые идут по своим делам. Видишь, как они садятся в автобусы. Отвозят детей в школу. Выпивают полпинты пива за обедом. И все время получаешь информацию. Через телефонную прослушку. По электронной почте. По секрету. Вовсе не так, как показывают в кино. Никогда не знаешь, что планируют эти сволочи. Их можно застать только в пик активности. Ты понимаешь, что что-то должно случиться, но не знаешь, что и когда. Но думаешь — это может быть и сегодня. И начинаешь волноваться.

Когда дело касается ваших детей, вам все равно, логично это или нет.

Не сказать, чтобы я внимательно смотрела, на самом деле я думала, что́ нужно купить в магазине. Забавно, но ты не думаешь о смерти, ты думаешь, что у тебя кончились чипсы и туалетная бумага. Больше я никогда не видела ни мужа, ни сына.

Странная штука холод. Невозможно его вспомнить, пока на себе не почувствуешь.

— Да, я не богата, но я не тупая, знаешь, это не одно и то же. — Я никогда не думал, что ты тупая, — сказал Джаспер Блэк. — Я думаю, ты очень настоящая. Что? Над чем ты смеешься? — Разные люди называли меня по-разному, но никто еще не называл меня настоящей. Видимо, они считали, что это само собой разумеется.

— Я думаю, что ты самая оригинальная женщина из тех, кого я знаю. — Ты меня не знаешь, балда. — Мы же переспали, — сказал он. — Это ничего не значит. — Ты действительно так считаешь? — сказал Джаспер Блэк. — Не-а. Джаспер Блэк опустил глаза на мои пакеты. — Значит, мы все-таки немножко друг друга знаем. И я думаю, что ты очень оригинальная женщина.

— …Ты сильная, потому что знаешь, чего хочешь. — Разве у тебя нет того, что ты хочешь? Шикарная работа в газете, «Астен-мартин». Для большинства людей, по-моему, этого было бы вполне достаточно. — Я думал, что мне это нужно, — сказал Джаспер Блэк. — Но ты заставляешь меня думать, что я хочу чего-то другого. Простого. Рыбных котлет. Ты меня изводишь.

Мы с минуту пили и больше ничего. Мы не смотрели друг на друга, а смотрели на стаканы друг друга, как будто это была невидаль какая-то. Как это бывает между людьми, если они знакомы меньше двадцати пяти минут или больше двадцати пяти лет.

Ночью в комнате сына пахло мальчиком. Мальчик хорошо пахнет, смесью ангела и тигра.