Михаил Михайлович Зощенко

Или как в одном плакате сказано: «Не пей! С пьяных глаз ты можешь обнять своего классового врага!»

Я нарочно, для собственного успокоения, прочел недавно чуть ли не все биографии сколько-нибудь известных и знаменитых писателей. Я, конечно, не хочу равняться ни с кем, но вот ихняя жизнь на меня очень успокоительно подействовала и привела в порядок. В сущности говоря, страшно плохо все жили. Например, Сервантесу отрубили руку.

А была у Ивана Савича жена. Драгоценная супруга Матрёна Васильевна. Вот протобестия бабища! То есть, граждане, другой такой бабищи во всей советской России не найдёшь. А ежели найдёшь, то безо всякой амнистии при первом знакомстве давить таких нужно.

Которая беднота, может, и получила дворцы, а Иван Савичу дворца, между прочим, не досталось. Рылом не вышел.

У одного клоуна была очень умная обезьянка. Она была очень развитая и хорошо соображала. И клоун научил ее считать. И мало того, что она считала, — она еще своим хвостиком умела изображать нужную цифру.

Счастье бывает ни тогда, когда у вас все есть, а когда чего-нибудь нет и вы хотите этого и достигаете — вот счастье. Достигнув же, вы часто бываете несчастны, ибо в жизни вашей одним желанием уже меньше.

Вообще говоря, неизвестно, сколько человеку всего нужно. Наверное, больше того, чем сколько ему нужно, и не менее того, чем сколько он хочет.

Человеческий организм — это не ведро с драгоценными соками, которые можно расплескать, растерять, растратить во многих столкновениях с жизнью. Это «ведро» наполняется по мере расхода. Однако оно пустеет, если вовсе не расходовать его содержимого. Эта ошибка запутала многих и многих людей.

Абсолютное здоровье вовсе не лишает возможности быть творцом, художником. Напротив, абсолютное здоровье — это идеал для искусства. Только тогда искусство может быть полноценным.

Нормальный умирает от несварения желудка. Ненормальный от безумия. Я говорю о ненормальности, но не о такой, как поняли бы это уездные барышни: человек, хихикая, идет по улице, грозит пальцем извозчику. Разве может быть что-нибудь хуже нормального?

Великая есть грусть на земле. Осела, накопилась в разных местах, и не увидишь ее сразу.

Я, братцы мои, не люблю баб, которые в шляпках. Ежели баба в шляпке, ежели чулочки на ней фильдекосовые, или мопсик у ней на руках, или зуб золотой, то такая аристократка мне и не баба вовсе, а гладкое место.

Не дело, чтоб низшие силы одерживали верх. Должен побеждать разум.

Мы не знаем, кому принадлежит честь создания древней медицины. В основе этой древней науки была светлая идея, блестящая мысль гениального человека. Из рук гения эта идея перешла в руки бездарных, посредственных людей. И те в соответствии со своими возможностями свели ее до своего уровня, до степени шарлатанства. Нечто комическое стало присутствовать в этой идее... Правильная идея была опошлена до такой степени, что разобраться в ней не представлялось возможным.

Нет, лошади не дураки, что они кушают овёс. Лошади очень умные животные, потому что едят такое полезное детское блюдо. Вдобавок лошади любят сахар, это тоже показывает что они не дураки.

Мама, вздохнув, сказала: — У меня дурацкие дети. Идти в кругосветное путешествие, не зная таблицы умножения и географии, — ну что это такое!

Да из всех чертовских неудач, рассыпанных на каждой странице истории, наибольше всего нас может поражать какая-то, прямо скажем, бешеная жестокость по отношению к своей же подчиненной публике.

Война станет абсурдом, думаю я, когда техника достигнет абсолютного попадания.

А ведь посмеются над нами лет через триста! Странно, скажут, людишки жили. Какие-то, скажут, у них были деньги, паспорта. Какие-то акты гражданского состояния и квадратные метры жилищной площади...

... деньги, как это ни удивительно, приносят людям большие огорчения. Но как это бывает — мы не беремся утверждать. Быть может, это происходит от злосчастного свойства денег, а быть может, и наоборот — от горестных сторон наших, в сущности, неважных характеров. Но, быть может, одно влияет на другое и как-нибудь такое взаимно действует.

Кто больше спер, тот и царь.

Не знаю, как вы, уважаемые граждане, а я люблю ночью пошляться по улицам. Очень как-то свободно чувствуешь себя. Можно размахивать руками. Никто тебя не толкнет. Как-то можно беззаботно идти.

А глупость — не головная боль, которая от порошка проходит.

Любовь... всегда отрицательно отражается на мировоззрении отдельных граждан. Замечается иной раз нытье и разные гуманные чувства. Наблюдается какая-то жалость к людям и к рыбам и желание им помочь. И сердце делается какое-то чувствительное.