Паскаль Брюкнер

И я говорил ей «люблю» машинально, не зная, что значит это слово. Говорил, чтобы не портить ей удовольствие, чтобы не нарываться на ссору, чтобы она продолжала меня холить, нежить и кормить.

Бывает так, что любовь с первого взгляда оказывается чисто физической и не находит отклика в душе.

Молодость — привилегия преходящая, а платишь за нее всю оставшуюся жизнь.

В конце концов, имею я право не круглые сутки быть привлекательной? Хочется перерывов на прозу, на обыденность.

Природа создала горы в наказание людям, когда ей захотелось их унизить.

Красота есть высшая несправедливость. Одной лишь своей внешностью люди принижают нас... Богатым может стать каждый, а вот красивым надо родиться; красоту не наживешь, сколько бы ни прожил.

... для плоти есть границы, а для мысли нет. Жить плотью — значит смириться с рутиной, развивать мысль — преодолеть обыденность, подняться над жалким существованием.

... я вечный скиталец в призрачной стране любви, где намечается многое, но ничего не сбывается.

В двадцать лет красота — это естество, в тридцать пять — награда, в пятьдесят — чудо.

Любой рассказ не тем хорош, что соответствует действительности, а тем, что помогает взглянуть на мир другими глазами и заряжает энергией.

Я всегда восхищалась людьми, которые знают, чего хотят, сама-то я живу одним днем и обманываю себя, называя свою нерешительность спонтанностью.

Но что такое красота? Просто определенный тип лица, который по случайному совпадению нравится большинству, вот и все. Куда как интереснее искать красоту там, где ее никто не видит, — в необычном, непохожем, даже неприглядном. Насколько привлекательнее может быть несовершенство, чем скучная правильность черт! Лицо, от которого трудно оторвать глаз, — это же гармоничное сочетание недостатков!

У меня только одна страсть — книги, единственные мои союзники в борьбе со временем. Людям я предпочитаю книги: они уже написаны, их открываешь и закрываешь, когда хочется. Ведь к человеку никогда не знаешь, как подступиться, его не отложишь и не уберешь на полку.

... душевный недуг менее зрелищен, но тем он страшней, и всякий раз, сталкиваясь с ним, я чувствую себя так, будто предо мной внезапно разверзлась бездна.

Телевизор — средство спасения для тех людей, которым нечего сказать друг другу.

Я готов всё отдать тому, кто ничего не просит, но ничего не желаю уступать тому, кто требует всего от другого.

Когда препятствия исчезают, желание тускнеет. Ибо желание — дитя хитрости: ему нужны заросшие колючим кустарником обходные тропы, прямой путь нагоняет скуку.

Ничто так не растравляет душу, как обманутая симпатия.

Я всегда предпочту ту, что встретил сам, женщине, которой меня представили друзья: ибо судьба, устроившая наш союз, будет и дальше, как мне кажется, таинственным образом питать его.

Расизм глуп, он нападает на коллектив в личности и совершает двойную ошибку — оставляет нетронутым объект нападок и укрепляет солидарность его народа, соединяет, вместо того чтобы разделять.