Пауло Коэльо

Если посулишь то, чем не обладаешь, потеряешь желание обладать.

С психиатром люди говорят более откровенно, чем со священником, потому что врач не станет угрожать преисподней.

...и мы безумны, как безумен каждый, кто открыл для себя любовь.

Хотя мы никогда не забываем свою первую любовь, она всегда проходит.

Всё, что имеет отношение к сексу, можно делать в одиночку.

Чтобы встретиться со страданием, не нужно никакого «театра» — жизнь предоставляет нам эту возможность чуть ли не на каждом шагу.

Мы ищем собственный ад, мы тысячелетиями созидали его и вот после огромных усилий можем теперь с полным правом выбрать себе наихудший образ жизни.

— Я буду твердить направо и налево, что дети, мол, смысл моей жизни, а ведь если подумать, то наоборот: как раз моя жизнь — это смысл их жизни, сама её причина.

— А что заставляет человека презирать самого себя? — Наверное, трусость. Или вечная боязнь провала, страх не оправдать возложенных на тебя надежд.

Я знаю, что могу жить без неё, но мне хотелось бы встретить её снова – встретить, чтобы сказать то, чего никогда не произносил, пока мы были вместе: «Я люблю тебя больше, чем себя». Если бы я мог произнести эти слова, то смог бы и двигаться дальше, вперёд, и успокоился бы, потому что эта любовь даровала бы мне свободу.

— Мари, представь — двое пожарных входят в лес, чтобы потушить небольшой пожар. Потом, сделав своё дело, они садятся на берегу реки. У одного лицо — всё в саже пепле и гари, а второй чист как херувим. Вопрос: кто из них двоих вымоет лицо? — Глупый вопрос: кто выпачкался, тот и вымоется. — Ответ неверный. Тот поглядит на своего товарища и решит, что сам выглядит так же. И наоборот: тот, кто чист, поглядит на своего товарища и скажет себе: я перепачкался, надо вымыться.

Велика разница между намерением и действием.

Ибо я — первая и я же — последняя, Я — почитаемая и презираемая. Я — блудница и святая. Я — жена и дева. Я — мать и дочь. Я — руки матери моей. Я — бесплодна, но бесчисленны дети мои. Я счастлива в браке и не замужем. Я — тот, кто производит на свет, и та, кто вовек не даст потомства. Я облегчаю родовые муки. Я — супруг и супруга. И это я родила моего мужа, Я — мать моего отца. Я — сестра моего мужа, Поклоняйтесь мне вечно. Ибо я — злонравна и великодушна.

Страсть подаёт нам знаки, которые ведут нас по жизни, наше дело — только уметь эти знаки понять.

Давать — это единственный способ получать.

Так говорят все наркоманы: «Нужно только вовремя бросить». И никому это ещё не удавалось.

Я не жертва судьбы, — повторяла она себе ежеминутно, — я не боюсь рисковать, я не скована никакими рамками, я проживаю такие минуты, которые потом, в унынии старости, в безмолвии сердца, буду, как ни странно, вспоминать с отрадой и светлым чувством.

Они поцеловались на виду у всех и, поймав на себе возмущенные взгляды кое-кого из прохожих, улыбнулись тому, что вызвали недовольство и пробудили желание, ибо знали — прохожие хотели бы последовать их примеру да не решались. От этого возмущались.

Мужчина, в сущности, ничем не отличается от женщины: ему тоже нужно встретить кого-то и обрести смысл жизни.

Первородный грех — не в том, что Ева отведала заветный плод, а в том, что поняла — Адам должен разделить с ней то, что она попробовала. Ева боялась идти своей стезей одна, без помощи и поддержки, и потому хотела разделить с кем-нибудь то, что чувствовала.

Зависть и недоброжелательство неизменные спутники успеха.

Как хорошо подчиняться приказам. Не надо ни о чём думать — надо только слушать.

Встреча женщины с самой собой — игра увлекательная, но чрезмерно опасная. Это божественный танец. Когда они встретятся, столкнутся два сгустка божественной энергии, две галактики. И если не обставить эту встречу как полагается, одна галактика может уничтожить другую.

Каждый день я выбираю истину, с которой хочу жить.

Если я ищу любви истинной и большой, то сначала надо устать от мелких чувств, случайных романов.