Сол Беллоу

Людей характеризуют их страсти и то, как они причиняют боль другим.

Самоуважение иногда принимает причудливые формы, особенно у людей с малым количеством жизненных принципов.

Иной раз приходится лишь удивляться, почему желающие сказать миру слово правды не обеспечат сперва свою безопасность.

Отвечай глупому по глупости его, чтобы он не стал мудрецом в глазах его. Не отвечай глупому по глупости его, чтобы и тебе не сделаться подобным ему. Выбери одно.

...без памяти бытие оказывается метафизически ущербным, однобоким.

...идеи, самые дикие с коммерческой точки зрения, часто оказываются самыми привлекательными, да и никогда не знаешь, какую выгоду принесет кот в мешке.

В переходный период люди часто проявляют интерес к кино. Или начинают поговаривать о продолжении образования и получении ученой степени.

... Если у тебя есть немного счастья — спрячь его. А когда твое сердце полно, замкни свои уста.

Я знаю, какие они длинные — бесконечные — человеческие истории, когда есть на что пожаловаться. И какие они скучные для других.

Что у пуританина ложь, то у культурного человека — вежливость.

Самые опасные люди неизменно домогаются власти.

Сейчас я понимаю, насколько безнадежно навести порядок на планете с населением, превышающим два миллиарда человек. Сама эта цифра из разряда чудес, опрокидывающих наши практические подходы.

Вообще всегда есть за что благодарить судьбу, если хоть как-то остаешься в живых.

Готовность ответить на все вопросы есть вернейший признак глупости.

Благоразумие абсолютно бесполезно, когда нужно справиться с боязнью, что прозеваешь представившуюся возможность.

...переживать из-за тесноты могилы — слишком уж буржуазно.

В прошлом «я» скрывалось под покровами — покровами общественного положения, знатности или плебейства, у каждого «я» наличествовали особые манеры и взгляды, надлежащая оболочка. Теперь же все оболочки и покровы исчезли, остались лишь голое «я», жаждущее, нетерпимое и внушающее ужас.

Человек, все более и более угнетенный аномальными условиями своего существования — каждому по разу, одна жизнь в одни руки, — не может не задумываться о скуке смерти.

Того, кто проводит линию фронта, потом находят лежащим на ней, как безжизненное свидетельство грандиозной попытки — и ничего больше!

Мир — это в первую очередь сознание. Настоящие путешествия совершаются в душе.

... даже очень умные женщины бывают не сильны в географии, так как творят свой собственный мир.

Никогда не пойму, чего хотят женщины. Чего они хотят? Они едят зеленый салат и запивают кровью.

Я читал в трамваях. Читал вместо того, чтобы смотреть по сторонам. Впрочем, смотреть было не на что — все то же самое и опять то же самое. Витрины, гаражи, склады, одноэтажные кирпичные домишки, жмущиеся друг к другу.

Пока мы смеёмся — с нами всё в порядке.

Я наблюдал, как он пытается задним ходом вписаться на свободное место. У меня была на этот счет своя теория: каким образом человек паркуется, таково его представление о самом себе и так он способен оценивать свои собственные габариты.