Алекс Дэнверс

— Моя Алекс, научила меня ей, когда мы впервые отправились полетать. И моя Алекс всегда стремилась служить людям, и потому не удивительно, что тебе важно... очень важно благополучие этого мира и его людей. Но... на моей Земле... это не просто «Работа Алекс». Она главная в одном из таких мест. — Она главная? — Она справедливый и гордый лидер. И когда кто-то велит ей сделать что-то неправильное, она с этим не меряется и поступает как надо. У неё нет таких сил, как у меня, но... она тоже герой. И ни у кого нет такого доброго сердца, пускай она сама это не всегда понимает. У неё отличные друзья. Она окружила себя дорогими людьми, поддерживающими её. Ещё... она не скрывает, кто она такая. Она хочет жену, детей. И она уверена, что добьётся всего. Я тоже... так считаю. — Она явно потрясающая. — Ещё какая. Знаю, на этой Земле я не твоя сестра, значит, моя капсула упала не здесь, но ты... Всё тот же человек. Я это вижу. Я знаю... Супермен переписал реальность и сделал всех своими пленниками, и ты слишком умна, чтобы попасться на его ложь. — Если я выпущу тебя из камеры... ты... остановишь его? — Я клянусь.

Когда-нибудь, даже Девушка из Стали может сломаться.

— А где Мон-Эл? Он же все равно что жил здесь. — Он вполне может быть в квартире Дарлы, или в квартире Евы, или той блондинки... Как лучше назвать распутного мужчину? — Даксамит.

— Мне страшно. — Думаешь, мне не было страшно на первой операции? Да я была в ужасе, но убегая лучше не станешь.

— На тебе моя футболка? — Это нормально? — Это здорово. Просто, ты ведь... в моей квартире, уже утро, и ты спала в моей квартире, а теперь на тебе моя футболка и ты готовишь кофе, и мне не верится в происходящее... Я сейчас говорю сплошными клише. — Это называется «счастье». Привыкай, Дэнверс.

Страдание любит компанию.

— Ради этого весь сыр-бор? Дешевого бара? — Не все такое, каким кажется. Оглядись. Что ты видишь? — Людей, принявших сомнительное жизненное решение.

— Она была так добра ко мне, поблагодарила меня, назвала Супергёрл. — Так тебя и зовут. — Да знаю, но от нее это звучит как-то лучше.

— Ты когда-нибудь жила в приемной семье? — Нет. — А я вот жил, когда отца отправили в тюрьму. И уж поверь, там только и твердят, как сильно ты должен быть благодарен, что о тебе заботятся. Разве это семья? В семье неважно, кто для кого что для тебя сделал, главное быть рядом.