Доктор Темперанс «Кости» Бреннан

Учиться ездить на велосипеде — это обряд посвящения. Это очень значимо. Смысл сложнее, чем просто управление простым механизмом.

— Ты арестовал кого-то действительно маленького? Я про заднее сидение. — Я брал сына на выходные. — Как ты это делаешь? — Прицепил кресло в машину ФБР? — Создал ребенка, столько зная про этот мир. Паркер появился случайно, да? Ведь его мать не вышла за тебя. — Ты никогда не думала, что это очень личная тема? — Ну, ты можешь сочинить какую-нибудь. — Для Паркера лучше быть в этом мире. Однажды ты это поймёшь. — Не пойму. — Ты передумаешь. — Не передумаю.

Каждый из нас уникален, а живя на свете, становится личностью. И когда все это одним ударом уничтожает убийца, это просто недопустимо. Костям, что вы мне приносите, я придаю лицо, узнаю имена жертв, я возвращаю им близких, а вы арестовываете убийцу. Это прекрасно. Этих врачей надо арестовывать. Ведь если они не убили ее саму, они убили ее личность.

— Ты не можешь измерить человека наверху мерным стаканчиком. — Человек наверху? — Ты сомневаешься, болен ли, но хочешь принять лекарство. Мне кажется, что ты могла бы предположить, что он существует реально, как и невидимые глазу грибки.

— Я не убивал, я сделал ее красивой. — Уничтожили ее неповторимый облик.

Когда я смотрю на кость, это не просто предмет, который я не связываю с собой. Это часть человека, который жил так же, как и я.

— Ты тоже отдыхаешь? — Да, я путешествую по разным местам. — Ты просто сидишь на пляже и делаешь вид, что скелетов не существует? — Это что смешно?

— Ты был в отпуске? — Думаю, я возьму отпуск тогда же, когда и вы. — Что будешь делать? — Поеду домой, в Мичиган, увижусь там с семьёй. У меня три брата и четыре сестры. — Они тебя радуют? — Уже нет. Я сделал ошибку — сказал им, что работаю с трупами и скелетами. Они думают, что я псих. — Тогда почему ты едешь? — Это моя семья. Они любят меня.

— У тебя похмелье. Голова не раскалывается? — Мне удалось поспать пару часов на кушетке в нашей лаборатории. — Ты умеешь жить.

— Есть способы улучшить изображение? — Ну, могу поспорить на свидание с Колином Фарреллом. — Я знаю его. Он смешной. — Смешной Уилл Феррелл, дорогая. Не Колин Фаррелл.

Как он надеялся улучшить мир, взрывая людей, черт его подери?

Когда нас с Ходжинсом похоронили заживо, мы написали письма тем, кого любили. На случай, если наши тела когда-нибудь найдут. Ходжинс писал Энджеле, а я написала тебе. «Дорогой агент Бут, ты человек беспорядочный, иррациональный, импульсивный, суеверный и невыносимый. Веришь в призраков, ангелов, а может и в Санта-Клауса. Но из-за тебя, я начала смотреть на Вселенную иначе. Почему простое созерцание твоего лица делает меня такой радостной? Почему я счастлива каждый раз, когда украдкой, глянув на тебя, встречаюсь с твоим взглядом. Любить тебя — бессмыслица. И любить тебя — правильно. Если я выберусь отсюда, то найду время и место, чтобы сказать тебе, что ты делаешь мою жизнь беспорядочной, запутанной, иррациональной и чудесной». И это время пришло.

Хочу поднять бокал за своего партнера — Сили Бута. Он невероятный и иногда я забываю про это, потому что он всегда находится в тени. Освещает жизнь другим. Антропология ведает, что альфа самец всегда носит корону, красочные яркие перья и всякие побрякушки — выделяется среди других. Но, кажется, антропология ошибается. Работая с Бутом, я поняла, что тихий и неприглядный мужчина, который защищает родных, друзей, близких — и есть настоящий вожак.

— Подросткам все вокруг кажется таким одинаковым, потому они пытаются бунтовать в доступных формах: поджоги, различные химические вещества, вызывающее поведение. — Думаешь, вызывающее поведение включает в себя похищение ребенка? — Это крайность. Подростки скорее будут употреблять алкоголь и слушать вызывающую музыку на самой большой громкости.

В подростковом возрасте дети ищут свое место, создают собственное окружение, противодействуют влиянию родителей.

— Я никогда не ела человечину. — А если бы предложили? — Интересный вопрос. Мне пришлось бы выбирать между своими социальными установками и любопытством ученого. — Это болезнь.

— Не слышали о собирателе костей? Кости собираются вместе, чтобы мертвый спокойно отправился в мир иной. — Не уверена, что я верю в загробный мир. — Не важно, во что вы верите. Вы — собиратель костей. Это хорошо. Вы помогаете духам. — Спасибо. Это лучшие слова о моей работе, которые я слышала.

— Вам нравится работать здесь? — Да, конечно, нравится. — Чтобы с вами было, если бы вас этого лишили? — Не знаю. Я был бы зол и расстроен, но к чему вы клоните? — Но вы бы не умерли, правда? — Нет, нет, конечно. — А я бы умерла, если бы не могла здесь работать. — Это из-за того, что я не нашел тему для диссертации? — Я была так счастлива писать диссертации. Мне нравилось то, что я делаю, и мне хотелось вечно учиться. — Просто, я еще не нашел тему. — Может, потому что она не в сфере антропологии? Вы слишком умны, чтобы тратить жизнь на что-то, к чему не лежит душа. — В общем, вы ведь правы. Мне нравится работа, но в сравнении с вами и остальными... — Не стоит замыкаться. Ищите дело по душе, пока можете. — Но вы все мне как семья. — Это останется.

Личные предпочтения — основа научных изысканий.

— Насколько важно, по-твоему, нам любить свое дело? — Ну, это важно, но это еще не все. Большинство не любит свою работу. Скорее ненавидят. Работают по необходимости. — А если бы не необходимость? — Если ты можешь оставить нелюбимое дело, то почему нет.

— Нет, нет, нет. Что ты делаешь? — Доказываю, что рубка — это тоже физика. — Не сомневаюсь, но, поверь, я не хочу знать. — Не знать, как работает мир? — Знаешь, порой в жизни должна быть тайна: интернет, полет самолета, газы. — Протокол передачи, взаимодействие с воздушным потоком, сокращение кишечника. — Не хочу ничего об этом знать, ясно.

— Недостаток научной стратегии скажется на твоем фиаско. — Обсудим этот бред позже.

— Не хочу, чтобы она ездила на велике, пока я не обучу ее физике. — Какой физике? Ты вообще о чем, а? Физика. Садишься, падаешь, раздумываешь и снова садишься. — Какой физике? Драйвоскопической силе акселерации, изогравитации, трению. — Разве это не благо не знать как и что устроено? Твоя наука крадет у вещей волшебство. — Мир начался не с волшебства, а с законов мироздания. — Потом ты расскажешь ей, что радуга... — Свет в преломленной воде? Она уже в курсе. — Еще бы.

— Фотографии покойников валяются у тебя по всему дому. — Я хочу подготовить ее. — К чему? К психушке? — К ее будущему судмедантрополога. — Она не станет прищуренной, ясно? Она будет играть в хоккей в НХЛ. — Просто смешно. — Ничего смешного, ясно?

— Иногда совершенно неважно, что тебя поддерживает весь мир. Успех может быть просто недосягаемым. — Тогда успех нужно определить как то, чего можно достигнуть. Нужно найти альтернативу, с которой сможете жить. — А если я не могу найти альтернативу? — Вы должны, чтобы выжить. — Это неудачный вывод. Выживание необязательно означает жизнь.