Джеймс Айронвуд (James Ironwood)

— Ты должен держать себя в руках! — Хочешь, чтобы я сдерживался? Посмотри на себя сначала!.. — Я больше доверяю докладам твоей дочери, которая... — ДОЧЕРИ, КОТОРУЮ ТЫ УКРАЛ У МЕНЯ!!! — Нет! Мы не будем поднимать эту тему! — Конечно, ведь у нас есть темы поважнее! Например, твоя полная невменяемость! — ЖАК!... Эх... Винтер — одна из лучших моих офицеров. И если она говорит, что в Мистрале находится новая угроза для нас, я не стану этого игнорировать. Она там чуть больше недели — и уже войска мобилизируются, цены на оружие и прах подскочили. Кто-то затевает там нечто крупное, и я не доверил бы Лео вмешаться в это. — Неудивительно, ведь ты никому, кроме себя не доверяешь. — И на то есть причины! Если бы Оз послушал меня с самого начала. — Тебе нужно успокоиться... — Только этим я и занимаюсь, когда не думаю о защите наших людей... Через неделю Атлас закроет все границы: ни войти, ни выйти — без разрешения Совета. — «Без твоего разрешения», ты хотел сказать, не так ли? — Если так и будет, в твоих же интересах быть на моей стороне.

— ... Я и не говорю о выгоде для моей компании — на кон поставлено будущее Атласа! — Всё это чушь, и ты сам это прекрасно понимаешь. — Прошу прощения?! — Жак, просто выслушай меня... — Ты был верным другом моей семьи все эти годы, Джеймс. Но то, что ты предлагаешь — чистой воды абсурд! — Ты преувеличиваешь... — Совет никогда подобного не одобрит! — За мной как раз два места в Совете, если ты забыл. — Твоё эмбарго на Прах уже стоило мне миллионов! Уверяю тебя, я этого не забыл! — В этом весь ты.

— Мне очень жаль, но вы не оставили нам выбора. — Клянусь, он атаковал меня! — Видеозапись и миллионы свидетелей утверждают обратное. — Янг никогда бы так не сделала! — Вы все производите впечатление порядочных студентов, что даже преподавательский состав Бикона готов за вас поручиться. Это в обычных условиях. Но я и сам хочу верить, что произошедшее — не более, чем воздействие адреналина при стрессе. Когда идёшь в бой, нельзя слепо полагаться лишь на свои суждения, потому что иногда в такие моменты видишь то, чего на самом деле нет. Такое бывает даже после битвы. — Но я не... — Достаточно! Горькая правда в том, что, независимо от того, был ли это умысел или же случайность, это уже не имеет значения. Мир выдел, как ты ударила сдавшегося соперника — и все уже сделали собственные выводы. Сейчас мой долг — лишь проинформировать вас: вы дисквалифицированы.

— Уверена, у тебя есть вопросы. — Может, один или два... Всё-таки, я не понимаю... Вы сказали, что я — «следующая в очереди» за этой Силой. Что вы конкретно имели ввиду под этим? — Девы существовали тысячи лет, но, как и в природе, времена года сменяют друг друга. Не может быть два лета одновременно. Когда одна из Дев умирает, сила покидает её тело и ищет нового носителя — таким образом, ни один человек не сможет хранить у себя такую силу вечно. — То есть, сама Сила выбирает себе носителя? Но как? — Через ряд запутанных и глупых правил. — Кроу! — Как ни крути, но именно так всё и выходит. — Во-первых, как мы доподлинно знаем, сила выбирает только молодых девушек. Со временем мы выяснили, что процесс передачи может оказаться более... личным. — «Личным»? — Когда Дева умирает, первым кандидатом на получение её силы становится тот, о ком она думала перед смертью. — Если только это не парень или какая-нибудь старуха — тогда сила выбирает носителя наугад, отчего наша работа становится более геморойной. — Почему вы рассказываете мне всё это сейчас? Почему не подождать до выпуска? — Потому что наше время на исходе. Ты, часом, не замечала, что наш мир медленно скатывается вниз по наклонной? Напряжение между людьми растёт, Гримм становятся сильнее. Не так уж и долго осталось, когда наш драгоценный мир, которым мы наслаждаемся, накроется медным тазом. — Вы ведь не о войне говорите? — По крайней мере, не о войне между народами. Мы можем посвятить тебя в детали, когда убедимся, что ты с нами. Сейчас же тебе следует знать лишь одно — одна из Дев была атакована. И, впервые за историю, часть её силы была украдена.

— Профессор, позвольте всё же спросить. Зачем вы позвали меня? — Прошу, присядьте. И скажите мне: какая ваша любимая сказка? — Прошу прощения? — Сказка. История из твоего детства. Некоторые из них ты должна помнить. — Ну... Были легенды о Двух Братьях [Боги Света и Тьмы], о Девушке в башне [Сейлем], Мелководном море... — А что на счёт притчи о Четырёх Девах? — О, ну конечно!... «Чёрствого старика, сидевшего затворником в собственном доме, как-то посетили четыре страствующие сестры. Первая понимала его тягу к уединению, потому и призывала использовать её для размышления и медитаций. Вторая приносила ему цветы и плоды, что вырастила в его же саду. Третья согревала его сердце, убеждая выйти наружу и насладиться красотой окружающего мира. Четвёртая просила его ценить и беречь всё, что он имеет. И в обмен на их доброту Старик даровал им необычайные силы, чтобы они могли и дальше помогать людям по всему миру. Они приняли его дары и поклялись помогать людям Ремнанта до конца своих дней. Зима, Весна, Лето и Осень — четыре Девы.» Моя мама любила эту историю. — Поверишь ли ты мне, если я скажу, что всё это было, когда я был в твоём возрасте? — Вы не на столько старый, чтобы помнить те события, профессор. — И всё же, что ты скажешь, если узнаешь, что всё это произошло на самом деле? — Эм... извините? — Что на счёт того, что в нашем мире и правда существуют те самые четыре Девы, владеющие огромной силой — и всё это без Праха? — Вы имеете ввиду какое-то необычное «проявление»? — Уж скорее, магию. — Я... — Да уж, когда слышишь такое впервые, звучит довольно безумно. — Вы что, серьёзно? — А я разве похож на шутника? — Нет. Но... зачем вы всё это рассказываете мне? — Мы рассказываем это вам, мисс Никос, потому что верим, что ты ты — следующая, кто обретёт силы Девы Осени. — «Мы»? Что всё это значит? Кто же вы такие?! — Ты знаешь, кто мы, Пирра. Мы всё те же преподаватели, что учили тебя и твоих друзей в Биконе. — Разве что у нас есть негласная подработка. Мы — тайные защитники нашего мира. И нам нужна твоя помощь.

— Кроу, что ты здесь делаешь? — Ты не выходил на контакт неделями! Ты не можешь вот так просто взять и уйти втёмную на задании! — Я — не один из твоих засланных казачков, Джимми. Вы отправили меня добыть информацию о нашем враге, и вот вам отчёт: её [Сэйлем] агенты уже здесь. — Мы знаем это. — Ах, вы знаете! О, спасибо мне, рискующему собственной головой, чтобы держать вас в курсе событий! Связь — это когда контакт держат обе стороны, приятель. Видишь? Здесь есть кнопка «Отправить сообщение». — Кроу!... Продолжай. — Ваш маленький вредитель — не просто очередная пешка. Это она ответственна за текущее состояние Девы Осени. — Что?! — Не смотря на то, какими нас видят окружающие, мы — не просто преподаватели. Люди в этой комнате, главы других академий — мы защищаем мир от зла, о существовании которого он даже не догадывается. Вот почему мы встречаемся за закрытыми дверями! Вот почему мы работаем в тени! Поэтому скажи мне, Джеймс — когда ты привёл свою армию в Вэйл, ты правда решил проявить осторожность, или же просто забил на наши правила? — Осторожность не так работает. Я сделал это из необходимости. — Ты здесь, потому что Озпин хочет этого! Он принял тебя в наше сообщество, посвятил в курс настоящей войны, что мы ведём... — И я благодарен ему за это. — Забавный у тебя способ показать свою благодарность. — Народ Вэйла нуждается в защитнике, что не будет сидеть сложа руки. Они почувствуют себя в безопасности, увидев в небе мой флот, а наши враги узрят нашу силу. — Ха-ха-ха! Ты правда думаешь, что они испугаются твоих корабликов? Я был там, видел содеянное ими. И поверь на слово — они вселяют страх. — А страх привлекает внимание Гримм. Страж — символ безопасности, но армия — символ конфликта. В воздухе и так витает напряжение, и люди задаются вопросом: каков же размер угрозы, что для её отражения нужен целый флот? — И что же ты предлагаешь делать? — Найти настоящего Стража.

— Будь ты моим подчинённым, я бы тебя пристрелил. — Будь я твоим подчинённым, я бы сам застрелился.

— Что-то не так? — Я доверял ему [Озпину] годами. Мы оба. Я просто... Я не могу помочь, но чувствую... словно он держит нас в неведении. — Не будь глупцом. Ты и сам хорошо знаешь, что мы не из тех, кто прячется в тени. — Так ещё хуже. Не хочется верить, что человек, которому я доверял так долго, будет действовать так пассивно. — Ты — хороший человек, Джеймс. Ты всегда стараешься сделать всё возможное для общего блага, как бы ни было трудно. Это замечательно. Но сейчас пришла пора перестать говорить о доверии и начать его демонстрировать. У Озпина есть опыт, которого нет у нас — об этом определённо стоит помнить всегда.

— Не спится? — Рука шалит. — Да, конечно! Логично, что ради этого ты проснулся посреди ночи, полностью оделся и пришёл грозно смотреть вдаль.