Руби Роуз (Ruby Rose)

Эй, сестрёнка! Надеюсь, до тебя с папой мои письма всё же доходят — обычно, они никогда не были надёжным способом связи, но по-другому дать о себе знать я пока не могу. В любом случае, если письма всё-таки не дошли, я хотела лишь сказать... прости меня. Прости за выбор, что мне пришлось сделать. Я помню, как ты сказала мне о бредовости этой затеи. После всего, что я прошла, я уже склонна согласиться с тобой. Нам всем пришлось туго по дороге сюда — и это не считая чудовищ на нашем пути. С каждым шагом всё дальше от привычной нам жизни, каждое утро преподносило нам чувство ожидания чего-то нового за каждым новым поворотом, будь то маленькая удача или очередной кошмар. Иногда это неведение пугает, как и осознание того, что всё может стать только хуже. Однажды ты мне сказала, что плохие вещи просто случаются. Меня это злило, я не хотела этого слышать. Но сейчас я вижу, что ты была права. Но именно поэтому я сейчас здесь. Делаю что могу, чтобы хоть кому-то помочь. Все мы чего-то лишились, и я видела, что потери делают с людьми. Но если бы мы каждый раз сдавалась, когда что-нибудь теряли, то нам бы не хватило сил двигаться дальше. Не было бы и шанса увидеть нечто прекрасное, что уже есть или ждёт нас дальше. Не смогли бы что-либо изменить к лучшему, будь то мы сами или же мир вокруг нас. Мы бы никогда не встретились бы с теми людьми, кто в трудную минуту пропал бы без нашей помощи. Вот почему мы учились быть охотницами, Янг. Быть теми, кто хоть что-нибудь может сделать со всем плохим в нашем мире. Потому что всё ещё есть люди, что сбились с пути — и те, кто хотят поживиться на их несчастьях. Я знаю, что порой это звучит невероятно — каждый день бороться против чего-то, что никогда не победить. Но мы должны пытаться — если не ради себя, то хотя бы ради тех, что ещё можно спасти. Я так по тебе скучаю. И по Вайсс и Блэйк. Но я думаю, ты бы гордилась тем, что мы с ребятами сделали для Мистраля. Даже дядя Кроу составил нам компанию! Он сказал, что организует нам встречу с профессором Лайонхартом, директором Хэйвена. Рассказал нам о некоторых... вещах, которые тебе тоже интересно было бы слышать. Вещах, которые я не могу доверить этому письму. Может быть, если ты присоединишься к нам, он тебе и сам о них расскажет. С падением Бикона папе самому нужно сосредоточиться на помощи остальным. И я понимаю, что ты сейчас хотела бы сосредоточиться на себе. Но согласись — было бы здорого команде RWBY собраться снова вместе. До встречи. Твоя любящая сестра, Руби Роуз. P. S. Ах да! Нужно будет дать тебе наш адрес в Мистрале. Жду не дождусь, когда ты всё же решишься присоединиться к нам. Теперь, когда мы прошли половину Анимы, мне кажется, что всё начинает налаживаться.

— Прости. — Что? — Это всё моя вина. Я не должна была втягивать вас во всё это. — Ты и не втягивала. Мы сами решили помочь тебе. — Но я не знала о Тириане и о... — Руби... Мы потеряли Пирру, как и ты. Потеряли Пенни, твою команду и — в какой-то степени — твою сестру. Но ты всё ещё здесь, не смотря на все потери. Ты знала, что можешь лишиться ещё большего, но всё равно решила отправиться сюда. Всё потому что ты чувствуешь, что ещё можешь что-то изменить. Ты не тащила нас за собой — лишь дала нам смелость составить тебе компанию.

— Чем-то могу помочь? — Эм... Да... Здесь есть Руби Роуз?.. — А что?! — Ну... — Я нашел его! — Думаю ее дяди не помещает помощь... — Я нашел его! — Да, что там такое?! Может девушка спокойно почитать комиксы?! Ооххх... Кроу ты опять напился?.. — Может быть... — У тебя серебреные глаза... — Кто ты такой? — Ааа... Что ж... Меня зовут Оскар Пайн... — Ща будет — Но возможно вы меня знаете как... Профессора Озбина... — Ааа? [Все вместе] — Я СМОГ!!! — Оу...

Я не мечтала, когда они сказали мне, что ты ушла, Я была в ясном сознании и чувствовала, что они должны быть неправы, Как ты могла меня покинуть, когда клялась, что останешься со мной? Теперь я заперта внутри кошмара, каждый грёбаный день. Это как кино, но без счастливого конца, Каждая сцена темнеет, и не нужно притворяться, Эта маленькая сказка, похоже, не собирается закончиться хорошо, Не будет рыцаря в сверкающей броне, что пробудит меня от зачарованного сна.

Я знаю, что ты не планировала этого, Ты пыталась сделать то, что правильно, Но в середине безумия, Я – одна, это ты оставила побеждать в этом бою. Красное, как розы, Наполняет мою голову мечтами и ведёт меня, Всегда ближе, к пустоте и грусти, Что заняли твое место. И не важно, что делаю я, Место твоё ничто никогда не займёт.

Не могу принять это, выдержать ещё одну минуту, Не могу вынести очередной день без тебя, Всё удовольствие в жизни, что я знала в жизни, Было вырвано у меня с минуты, когда ты умерла. Иметь тебя в своей жизни – всё, что я когда-либо хотела, Но без тебя – я вечно беспокойная душа, Не могу перестать чувствовать, что принимала тебя за данность. И никакого шанса, что я когда-либо смогу это компенсировать.

— Этот парень — Тириан — зачем ему нужна я? — Ну, ты теперь ходячая мишень после того фокуса, что выкинула в Биконе. Я тебе говорил, что серебряные глаза — очень редкая черта. И тот факт, что ты ими воспользовалась, огорчил несколько влиятельных личностей. Немногие люди знают об этих глазах. А кое-кто и вовсе не доволен тем, что их носители существуют вообще. Вот почему я следил за вами — чтобы убедиться, что ты в безопасности. Все вы. — Тогда почему бы не поехать с нами? Это всё только бы упростило. — Он использовал тебя, как приманку. — Послушай, всё не так просто, как кажется. — Что «всё»? За Руби охотятся, академии рушатся — и всё ради чего? В чём вообще смысл?! Просто скажите нам, что происходит! — Для начала присядь-ка, пацан. Уже и не скажешь, что в наше время остались верующие люди. Наш мир существует гораздо дольше, чем многие предполагают. Достаточно, чтобы люди понапридумывали себе целую когорту богов. Но, если верить Озпину, двое из них всё-таки реальны. Два брата. Старший — Бог Света — находил прекрасным сотворение жизни. А его младший брат — Бог Тьмы — развлекался сотворением разрушительных сил. Как можно догадаться, их мнения об обустройстве мира сильно расходились. Старший убивал целые дни, сотворяя растения и животных, в то время как младший испытывал отвращение от всего этого, и, как ответное действие, создал засуху, голод — всё, что могло избавить Ремнант от жизни. Но жизнь всегда возвращалась. И вот, однажды ночью, младший решил сотворить нечто этакое — что разделяло бы его стремление разрушать всё и вся. — Существа Гримм. — Верно. Всё же Старшего достали братские выходки. Зная, что их противостояние не может длиться вечно, он предложил ему объединить усилия, чтобы создать их последнее творение — то, чем они могли бы гордиться. Младший согласился. Их «венцу творения» были дарованы силы Создавать и Разрушать. Были даны дар Знания, чтобы познавать себя и окружающий мир, и — самое главное — дар Выбора своего пути существования. Так и возникло человечество. — Но что оно должно было делать с нами? — В этом-то и проблема. Четыре дара человечеству — Созидание, Разрушение, Знание и Выбор — были не просто метафорой. Все они имеют физические воплощения и оставлены нам богами, прежде чем те покинули Ремнант. И каждый из них необычайно силён. Тот, кто соберёт все четыре, сможет изменить мир. Именно этого и хотят наши враги. Академии Охотников были созданы для тренировки защитников человечества, но у них есть и тайная миссия — роль хранилищ для этих реликвий. Когда предшественник Озпина основал академии, он построил их в виде крепостей вокруг этих самых реликвий. Таким образом, их не только легко защищать, но ещё они постоянно окружены обученными бойцами. Вся идея в том, что спрятав их, можно сдержать человечество от использования их друг против друга, но и держать их вне Её досягаемости. Как-то так... — «Её» — это ты про Сейлем? — Именно. Хотя, про неё известно не так уж и много, что это дает не существенно. Что действительно важно — ей нужны эти реликвии. И если она достанет их все, добром это не кончится.

— Чтоб мне сдохнуть! Кроу Брэнвен, профессиональный охотник почтил нал визитом! — Даже не спрашивай — у него, по ходу, не все дома. — Слушай сюда, приятель. Не знаю, откуда ты выполз, но лучше бы тебе оставить мою племянницу в покое. — О, будем знакомы? Я — Тириан, и, боюсь, что это невозможно. Моя задача — доставить эту девочку на ковёр к Её Высочеству. Никто не расстраивает королеву, поэтому я всё же закончу начатое. — «Королеву»? — Сейлем. — Кто? — Мне кажется, на сегодня достаточно разговоров, вы так не считаете? — Как с языка снял.

— Сюрприз! — Он — фавн?! — Кто тебя подослал? «Белый Клык»? Роман Торчвик? — Все они — лишь невзрачные пешки. Моё сердце пренадлежит единственной и неповторимой Богине! — Синдер... — Только в самых смелых её мечтах.

— Слушай, мы не хотим драться! Да и кто ты такой вообще? — Кто я такой не должно волновать тебя. И тебя. А вот ты меня как раз интересуешь. — Я? — Ха-ха-ха! Ты и правда ничего не понимаешь? О, как же это интригует! — Чего тебе надо? — О, наша розочка выпустила шипы! Мой маленький цветочек, я здесь, чтобы забрать тебя с собой. — А что, если она не хочет идти с тобой? — Ну, я и так её заберу. — Этого не будет. — Чудесно!

— Нашли кого-нибудь? — Выглядит так, будто этот городок был брошен. — Эй! Кажется, я нашла что-то!... «Ониюри». Никогда об этом не слышала. — Я тоже. — Я слышал. Вы когда-нибудь слышали о горе Анима? Много лет назад несколько представителей знати Мистраля был недовольны политикой своего же королевства. Разочарованные в правящем совете, они на свои средства решили построить новый город. С собственными законами. Надеялись, что однажды он станет их собственным королевством. Мои родители думали, что так и будет. Но местный городок так и не был достроен. — Что же было дальше? — То, что происходит всегда. — Гримм... — Но этот [Нукелави] был не таким, как остальные. — «Этот»? — Ладно, пошли отсюда. Это место меня пугает.

— Эх... Хэйвен гораздо дальше, чем я предполагала. — Руби, как долго, по-твоему, должно было продлиться это путешествие? — Не знаю. Я выросла на небольшом острове, и никогда ещё так далеко не уходила. — Допустим. Но всё же... как долго? — Может быть, недели две? — Сколько?! — Ладно-ладно! Три или типа того!..

— Да ладно тебе! У тебя был хороший шанс уклониться от удара. — Янг, я устала повторять: я не умею драться в рукопашном бою. Почему я не могу использовать свою «милашку» [«Crescent Rose»]? — Именно поэтому мы сегодня тренируемся без неё! Я скоро уезжаю в Бикон. Я и хочу быть уверена, что моя сестрёнка сумеет постоять за себя в моё отсутствие. — Эх... Ладно.

— Руби! Мы видели дым! — Мы идём к тебе! — И не начинай без нас! — Тогда вам лучше поспешить...

— Эй. — Ребята... До Хэйвена путь не близкий. — Знаю. Но это наш единственный путь. — Уверены, что хотите пойти со мной? — Путь будет небезопасным. И узнаем ли мы что-то в его конце — совершенно не ясно... — Но будь мы не готовы, то нас бы здесь и не было. — Тогда вперёд!

— Руби? — Как же я рада видеть, что ты в порядке!.. — Я не в порядке. Их больше нет... Пенни... Пирры... — А Вайсс и Блэйк? — Вайсс забрал её отец. — Что? Ты о чём? — Никто за пределами Вэйла не знает, что случилось со школой. Перед тем, как пала башня, последнее, что все видели — это кака роботы Атласа стреляли по беззащитным людям, пока Гримм громили город. Все напуганы. Никто не знает, кому теперь можно верить. Поэтому отец Вайсс и забрал её в Атлас, где она, по его мнению, будет в безопасности. — А Блэйк? — Сбежала. Сан её видел. Только мы добрались до города, она тут же удрала. — Но... почему? — Не знаю. Да и мне просто плевать. — Должна быть причина всему этому... — Её нет! Иногда плохие вещи просто случаются, Руби. — И что же теперь делать? — Делай, что хочешь. Я остаюсь здесь. — Янг... — Просто оставь меня. — Я люблю тебя, сестрёнка.

— Ну, как здоровье? — Всё болит... — Это естественно. Особенно, после того, что ты сделала. — И папа, и ты — вы все говорите об этом. О чём вообще речь? — Что ты помнишь до того, как отрубилась? — Я взобралась на башню. И когда оказалась наверху... Ох, Пирра! Она... — Мне очень жаль. — Я... я оказалась там... я видела её... и Синдер! А потом в глазах всё побелело... — Что-нибудь ещё? — Ничего. Только голова разболелась. — Когда ты встретила Озпина, что первое он тебе сказал? — Я не помню. Что-то про... — «Серебряные глаза». Очень редкая способность. — И? — Ты — особенная девочка, Руби. Но не в том смысле, как «любимая папина дочурка». Ты такая же, как и твоя мама.

— Ты думаешь, что я могу быть... — Ну... Огромное чудовище застыло на вершине башни в Биконе. А ты — здесь, жива-здорова. — Постой-ка! Откуда ты знаешь, что сказал мне Озпин в тот день? — Видишь ли... Все те задания, все те дальние вылазки — всё это я делал по указке Озпина. Но он исчез. Намечается что-то крупное. И без Оза мне придётся выполнять всю работу в одиночку. — Могу ли я помочь тебе? Если я такая особенная, то я должна что-то сделать с этим... — Ты точно этого хочешь? Тогда лучше переведи дух — сейчас ты не в той форме, чтобы идти куда-то. О, и ещё... Наши враги пришли из Хэйвена. Для такой козявки вроде тебя это будет долгий путь. Ещё увидимся, мелкая.

— Руби! Ты очнулась!.. — ... Что случилось? — Дядя Кроу нашёл тебя без сознания... Вытащил оттуда и принёс домой. — Погоди! Где Янг? Она в порядке? — Она... Думаю, с ней всё будет хорошо... Ей нужно время, чтобы... свыкнуться с этим. Она сильная, с этим справится. — ... — Просто... Я рад, что мои девочки смогли вернуться. — А что со Биконом и Вэйлом? Наши выгнали Гримм оттуда? — В королевстве ситуация под контролем, но вот школа — тут не всё так просто. То существо [Гримм-дракон] — чем бы оно ни было — в общем, оно вряд ли мертво. Да, ты его приложила. Вот только оно не исчезло. Оно, как будто, застыло. Знаю, звучит обнадёживающе, но даже в таком состоянии оно привлекает Гримм к школе. — Я сделала что?! — ... — Ты сказал, что я его приложила. Что ты имел в виду? — Слушай, мы разберёмся с этим потом. Но сейчас... сейчас там такой бардак. Я рад, что ты жива.

— Приветик, Красная. Решила героически спасать Вэйл, не так ли? — Зачем ты это делаешь?! Без этих кораблей Гримм всех поубивают! — И в этом весь наш план! — Но зачем?! Что ты получишь с этого? — Ты всё ещё задаешь не те вопросы, что нужно, Красная. Речь не в том, что поиметь с этого, а в том, чтобы оказаться на стороне победителя. Может, я и азартный человек, но даже я знаю, что есть такие вещи, на которые лучше не ставить. Нравится тебе это или нет, но мои наниматели собираются изменить этот мир. Ни тебе, ни мне их не остановить. Знаешь, как говорится: «Раз не можешь победить...» — Мне всё равно, что говоришь ты! Мы их остановим, а тебя — и подавно! — Надо отдать тебе должное, Красная, но так уж устроен наш мир. Он равнодушен, и ему плевать на сильных духом, вроде тебя. Хочешь быть героем? Так будь им и сдохни, как и все твои друзья-Охотники! Что же до меня, я буду и дальше делать то, что у меня получается лучше всего: лгать, воровать, мухлевать и выживать!

— Эй, Руби, как дела? — Приветик, Вельвет! Занята? — Ну, знаешь, работаю над фотоальбомом. Хочешь посмотреть? — Хм... Неплохо... — Да... Слушай... Мне жаль, что так получилось с твоей сестрой. Надеюсь, она справится с этим. — О, с ней всё будет в порядке. Спасибо. — Я тут наслушалась, что люди о ней говорят. Это просто ужасно. Янг ведь хороший человек! — Рада слышать, что хоть кто-то в ней не разочаровался. — Не все люди знают, каково это — быть на поле боя. Я имею в виду, что даже бывалые бойцы всё ещё могут испугаться и начать видеть... всякое. Коко говорила, что с ней такое случалось. Да с кем угодно такое может случиться! — Коко? — Да. Говорит, во время боя с Меркури и Эмеральд видела Ятсу вместе с ней в лесу, хотя того нокаутировали ещё у гейзеров. Галлюцинации на фоне стресса, наверное. — Точно...

— Хоть вы-то мне верите? — Агась! — Ты вспыльчива, но определённо не жестока. — Хотелось бы тебе верить... — Блэйк?! — Как это понимать? Как ты вообще можешь так говорить?! Янг никогда бы не солгала нам! — Кое-кто [Таурус], кто был мне очень дорог, изменился. Это произошло не сразу, а постепенно. Как небольшие последствия его действий, но они всё накапливались и накапливались. Мне же он говорил не волноваться. Вначале это и правда были случайности, потом он их же списывал на самозащиту. Какое-то время даже я думала, что он поступает правильно. А сейчас... всё выглядит так... знакомо? Ты — не он, Янг. По крайней мере, ты ничего такого никогда не совершала. Так что... да. Я хочу тебе верить. Но только если ты посмотришь мне в глаза и поклянёшься, что он [Меркури] и правда атаковал тебя. Я хочу знать, сожалеешь ли ты о содеянном. — Клянусь, он атаковал меня. Потому-то я и ударила в ответ. — Ладно. Хорошо. — Думаю, мне надо отдохнуть. — Тогда не будем мешать.

— Мне очень жаль, но вы не оставили нам выбора. — Клянусь, он атаковал меня! — Видеозапись и миллионы свидетелей утверждают обратное. — Янг никогда бы так не сделала! — Вы все производите впечатление порядочных студентов, что даже преподавательский состав Бикона готов за вас поручиться. Это в обычных условиях. Но я и сам хочу верить, что произошедшее — не более, чем воздействие адреналина при стрессе. Когда идёшь в бой, нельзя слепо полагаться лишь на свои суждения, потому что иногда в такие моменты видишь то, чего на самом деле нет. Такое бывает даже после битвы. — Но я не... — Достаточно! Горькая правда в том, что, независимо от того, был ли это умысел или же случайность, это уже не имеет значения. Мир выдел, как ты ударила сдавшегося соперника — и все уже сделали собственные выводы. Сейчас мой долг — лишь проинформировать вас: вы дисквалифицированы.

— ... Итак, на чём я остановился? — Ты рассказывал нам о своей прошлой миссии. — Да, точно. Я наткнулся на небольшой хутор у западных топей Мистрала. Сразу же понял, что что-то здесь было не так. — А что ты там делал? — Искал информацию. Гримм на тракте меня вымотали, поэтому я решил остановиться в местном мотеле. Там было полно бродяг, головорезов — приметил даже несколько охотников, не гнущащихся грязной работой. Вот тогда-то это и произошло. — Что там было? — Я был сражён... от одного лишь взгляда... на короткую юбку местной официантки. — Ты ужасен!

— Что происходит? — Какой-то псих только что напал на мою сестру! — О, нет! Кто мог совершить подб... Оооо, это ж мой дядя! — Что?! — Надери ей зад, дядя Кроу! — Эээ... Преподай ему урок уважения, Винтер!