Евгений Базаров

— Зачем ехать? — проговорила Одинцова, понизив голос. Он взглянул на нее. <…> — А зачем оставаться? — отвечал Базаров.

— Разве я не могу любить? — промолвила она. — Едва ли! Только я напрасно назвал это несчастьем. Напротив, тот скорее достоин сожаления, с кем эта штука случается. — Случается что? — Полюбить. — А вы почём знаете? — Понаслышке.

В тихом омуте...ты знаешь! Ты говоришь, она холодна. В этом-то самый вкус и есть. Ведь ты любишь мороженое?

Для англичан война — это спорт, а для нас, для россиян, война — это смерть...

Ага! На своём молоке обжёгся, на чужую воду дует. Знаем мы это!

Она мать — ну и права.

Ты проштудируй-ка анатомию глаза: откуда тут взяться, как ты говоришь, загадочному взгляду? Это всё романтизм, чепуха, гниль, художество. Пойдем лучше смотреть жука.

Народ полагает, что, когда гром гремит, это Илья пророк в колеснице по небу разъезжает. Что ж? Мне согласиться с ним?

— Аристократизм... — подумаешь, сколько иностранных слов... и бесполезных слов! Русскому человеку они даром не нужны.

Странное существо человек. Как посмотришь этак сбоку да издали на глухую жизнь, какую ведут здесь «отцы», кажется: чего лучше?

— Вам хочется полюбить, — перебил Базаров, — а полюбить вы не можете: вот в чем ваше несчастие.

— Происходит! — повторил Базаров, — точно я государство какое или общество! Во всяком случае, это вовсе не любопытно; и притом разве человек всегда может громко сказать все, что в нем «происходит»?

Рисунок наглядно представит мне то, что в книге изложено на целых десяти страницах.

О, друг мой, Аркадий Николаич! — воскликнул Базаров, — об одном прошу тебя: не говори красиво.

Рафаэль гроша медного не стоит, да и они не лучше его.

Мы действуем в силу того, чт́о мы признаём полезным.

Что ж, коли он заслуживает презрения!

Любовь — белиберда, непростительная дурь.

Принципов вообще нет... а есть ощущения. Все от них зависит.

В тебе нет ни дерзости, ни злости, а есть молодая смелость, да молодой задор.

Лучше камни бить на мостовой, чем позволить женщине завладеть хотя бы кончиком пальца.

Решился все косить — валяй и себя по ногам!

Если в этом безрадостном мире существует продажная любовь, то почему бы не быть и продажной совести?

Коли может женщина получасовую беседу поддержать, это уж знак хороший.

Прошедшего не воротишь...