Феликс (вампир)

— Ты же вампир благородных кровей, а выглядишь как помятая пиявка. — За пиявку — ответишь!

— Да, женщины, которым изменили, способны на чудовищные поступки. — Мужчины, которым изменили, тоже.

— Скажи мне, Феликс, я тебе снюсь? — Ты знаешь, у меня такие сны, что даже хорошо, что тебя там нет...

Да... Нет предела человеческим страстям. Как это ни прискорбно, но большинство убийств на земле происходит из-за любви.

— Ты знаешь, чем отличается мужская логика от женской? — И чем же? — Мужская — правильней, женская — интересней.

— Ты знаешь, Феликс, иногда так бывает, что тайные желания, они... они вылезают наружу и так хочется быть плохим. — Есть воля и разум, они сильнее любого желания.

Любовь — это не математика. Настоящие чувства не требуют доказательств.

Наивность красит только детство.

— Только страх удерживает людей от измены, Феликс. — Я знаю... Ты не веришь в любовь,... и? — Какая любовь? Влюблённость, зависимость, страсть, похоть и, особенно, ревность, Феликс, — это всё совершенно разные чувства. — Ну, кто не любит, тому не дано понять и этого. — Ты однолюб, Феликс, но это всё равно, что читать одну и ту же книгу всю жизнь. А представляешь, — она ожила, эта книга, и начинает обижаться на тебя за то, что ты решил почитать какую-нибудь другую книгу? Или ещё интересней, — ты начинаешь обижаться на книгу за то, что её решил почитать кто-то другой кроме тебя...

Никогда не знаешь, по ком звонит колокол.

— Бесчувственный мерзавец! Как мерзавцем был тысячу лет, так таким и помрёшь... [уходит] — Ох... Видел, как расстроилась? Даже забыла, что я бессмертен... — Ты уже давно умер, Феликс. Человек умирает, когда перестаёт радоваться жизни. Кажется, так говорил твой друг, Сократ?

Всё-таки удивительное явление — любовь... Иногда оно бывает сильнее законов, сильнее долга, — это естественно и не надо стыдиться.

— Что же мне теперь делать? — Вы знаете, на вашем месте, я бы не задерживался на этом свете. Настоятельно рекомендую отойти на тот свет. А то ведь я вернусь...

Не у всех историй бывает счастливый конец, пора бы привыкнуть...

Любопытство, вкупе с невежеством, — самоубийственное сочетание.

— Правильно, мальчики, ну их этих маньяков к чёрту, вы лучше послушайте мои новые стихи. Тебе ведь в прошлый раз понравилось, Феликс, да? — Разве? — Конечно, мы в восторге! Читай... — То было днём, а может, ночью, ты посмотрел в мои глаза, И прошептал мне тихо-тихо такие чудные слова: «Возьми на память эту розу, а вместе с ней — мою любовь, Такую хрупкую, как грёзы, такую вкусную, как кровь». — Прелестно! Кровь... любовь, розы... слёзы, давно не испытывал такого эстетического наслаждения! — Милена, а ты разве не слышишь? — Что? — А вот как Петрарка в гробу переворачивается от твоих стихов?

Жертвы не всегда приводят к желаемому результату.

Пока жив человек — жива надежда, пусть даже самая наивная.

Люди... Они готовы утонуть в иллюзиях, лишь бы не смотреть в глаза реальности.

Достоинства не так бросаются в глаза, как пороки.

— А ты, Феликс, не уходи от ответа! Я спросила: почему у нас не было детей? — Детей как-то надо воспитывать... Разве ты это умеешь? — Ну а что тут сложного? Ложь, угрозы, шантаж. — Ну, допустим... А зачем они тебе? — А дети могли бы меня прославить! Кто бы вспомнил богиню Лето, если бы не Аполлон и Артемида? Лишь благодаря детям она заняла почетное место на Олимпе. — Действительно, кто бы знал Кузькину мать, если бы не её сын?

— Ты в отличной форме. — Все женщины делятся на тех, кого развод украшает и тех, кто от него дурнеет. — Да, за семьсот пятьдесят лет, что мы в разводе, ты мало изменилась. — Это правда. — Вот только женщины любят не правду, а комплименты.

— Да ну, чушь! Что она может знать о колдовстве? Начиталась интернета, вот и всё. — Ну не скажи. Иногда самые серьёзные проблемы устраивают подобные дилетанты, потому что они понятия не имеют, во что они лезут. — Ну да, как в анекдоте: студент медицинского вуза на экзамене по латыни случайно вызвал дьявола... — Очень смешно. Я серьёзно, Феликс. Если Марина испытывает действительно сильные чувства, такие, как любовь к мужу или ненависть к сопернице... в общем, это может усилить магию. — Ну-ну. Удивительно, почему ни одна офисная барышня до сих пор себе не наколдовала новенькие туфельки. — Ха-ха-ха. Не смешно! — Да, чувства недостаточно сильны!