Рик Санчез

— П*хрен, Бет, если одна из вас жива, то ты и есть моя дочь, если живы обе, то не кори другую, она просто клон, она того не стоит. Я иду, малышка. — Вот же г*вна кусок.

— Да ладно тебе, Морти. Вселенная — это безумное и хаотичное место. — Это ты безумный и хаотичный!

В печени ведутся технические работы, Рубан прошёл через многое, не осуждай.

— Поможешь с домашкой? — Да, просто не делай её.

— Для чего я создан? — Чтоб передать масло! — Боже мой... — Добро пожаловать в клуб, приятель.

— Морти, мораль истории: братан дороже дракона, сечешь о чем я? — Ага, если он умрёт, пока вы связанны тебе тоже крышка. — Морти, мораль истории: братан спасёт дракона.

— Так, давай, Морти, мы идём домой. — Погоди, что? Это не наша реальность? — А ты думал, я загажу наш дом, чтоб ты усвоил ебаный урок?

— О, это и есть Портальная пушка? — Да. Три строчки расчётов, разделяющих мою жизнь человека от жизни бесчувственного призрака.

Послушайте, я не самый хороший человек во вселенной. Потому что я умный. А хорошими становятся только глупые люди, чтобы подстраховаться.

— Надеюсь, вы успели составить брачный контракт? — Рик?! — Что? Просто это гарантированный способ получить одно из своих яиц обратно, когда ты ей надоешь!

Вселенная настолько велика, Морти, что ничего на свете не имеет значения!

Да я роботов по приколу изобретаю!

Я к этому готов. Будь хорошим, Морти, будь лучше, чем я... ЁПТ, ВТОРОЙ ОШЕЙНИК! Я еще не готов! Я еще не готов! Господи боже, позволь мне жить! Господи, вот он! Я должен его починить! Господь всемогущий! Прошу, боже, услышь мои молитвы!... Да! Пошел нахер, бог! Не сегодня, сучара! 

— Я плохая? — Хуже. Ты умная. Когда осознаешь всю бессмысленность бытия, вселенная падает к твоим ногам. Но вселенной это не по нраву. По своей сути вселенная — это животные. Они питаются заурядностью, порождают бесконечность идиотов, чтобы кормить таких, как твой дружок Тимми. — Томми. — Теперь уже не важно, милая. Люди с мозгами имеют все шансы покорить реальность. Но фишка в том, что она всегда будет брыкаться и в итоге сбросит тебя. Только так это и работает...

— Мы можем здесь находиться. Вы же не президент Амазонки. — Да, нам в школе рассказывали о вашей должности. Вы — слуга народа. Чисто технически — мы, ваши начальники.

— Ты знаешь, сколько положений кодекса ты сейчас нарушил? — О, нет, блин! Да что я могу знать о том, что знаю?

— Рик, почему вы солгали дочери? — Чтобы не идти сюда. — Почему вы не хотите быть здесь? — Потому что я не уважаю вашу терапию, потому что я учёный. Потому что я живу тем, что изобретаю, трансформирую, созидаю и разрушаю. Я изменяю мир, если меня что-то в нём не устраивает. Визит в офис в торговом центре с целью общения с послом типичности, который объясняет значение слов, никому никогда не помогал. Возможно, помогает людям забыться и перестать паниковать, но это склад ума животных, которых мы едим. А мне такое не нужно. Я же не корова. Я огурчик! Когда хочу им быть...

Если мы можем убить врага, то это значит, что мы не можем ему вздрочнуть!? (Если мы можем его убить, но не можем ему вздрочнуть, то чем мы от него отличаемся?)

Припаркуйся на место для инвалидов, Морти. Здесь все, у кого меньше восьми конечностей, считаются инвалидами.

Жить — значит рисковать всем. В противном случае ты просто вялая кучка беспорядочно собранных молекул, плывущих по течению Вселенной.

— Рик, ты вроде бы говорил, что тебе нужна моя срочная помощь в приключениях где-то там. Да без разницы, даже если мы погибнем. — Не говорил, но если ты действительно такая отчужденная, то я готов воспользоваться этим, как и всякий человек, церковь, армия или Олимпийский тренер по гимнастике.

Wubba lubba dub dub.

Ненавидь игру, а не игрока, сынок.

Знаете, ведь так мы и умираем. В одиночестве.

— То есть целая планета вырабатывает для тебя электричество? Это же рабство! — Это общество. Они работают друг на друга, зарабатывают деньги, строят дома, строят семью, рожают детей, которые потом встают на место тех, кто слишком стар для работы. — Это то же рабство, только усложнённое! — Улала, кому-то перепадёт в колледже.