Соки Стекхауз

— Ух ты, и вправду мой дом. — Да, но ненадолго. — И ты тут живёшь, в моём доме? — Да. — Ты моя? — Нет. — Ты хотела бы стать моей? — Хм... Не особо, но... спасибо, что спросил.

— Он не способен на убийство. — Я многое повидал. Иногда неспособные способны на многое.

Будь осторожен. Когда кто-то похищает твоё сердце, легко поверить, что этот кто-то будет рядом всегда. Но я начинаю понимать, что вечность — редкая в этом мире вещь...

— Ты думаешь, я настолько глупа?! — Нет. Я думаю, ты человек.

— Ну, тогда скажи ему «спасибо»… наверное. — Передам, что ты сказала это более благодарным тоном.

Билл был для меня первым... всем. Любовь к нему у меня в крови.

— Если я когда-нибудь хоть что-то значила для тебя... — Я говорил тебе в ту ночь, когда мы встретились впервые — вампиры часто предают тех, кого любят больше всего на свете.

— Как ты думаешь, может ли человек на самом деле знать другого человека? Можем ли мы знать, что лучше для кого-то другого? — Мне кажется, можно. Это непросто и не всегда приятно, но когда вы бок о бок пройдёте огонь, воду и медные трубы, ты узнаешь этого человека.

— Я могу обнять тебя так, чтобы ты не думал о моих сиськах? — Думаю, нет. — А, пофиг! Думай, что хочешь!

— По правде говоря, я влюбилась не только в невинного, бестолкового Эрика. Несмотря на твою порочность и ненадежность, в тебе есть доброта, которая просто забивает мне сердце! Потому часть меня всегда хотела быть с тобой. — Ты не пожалеешь! — Я уже жалею.

— У Билла была возможность. Он её упустил. Он... Он обманул тебя! — Чтобы защитить. А я врала ему, чтобы защитить тебя. А ты обманывал нас обоих столько раз, что и не сосчитать! Какой бардак!

— Говорят, что всегда нужно следовать зову сердца. А вдруг оно говорит «Повторяй одну и ту же глупость снова и снова»? Может, сердцу вообще не стоит доверять, а лучше прислушиваться к разуму? — Тебе больно. И ты сейчас злишься. Я понимаю, знаю, каково это... — Нет, я все вижу четко!... Хватит с меня драм! Хотелось бы, чтобы и тебе они надоели. — Но сердцу не прикажешь! Бог свидетель, я старалась! — Ну так старайся сильнее.

— Я могла бы мечтать о чем угодно. Я могла бы плавать с дельфинами или съесть целый пирог без каких-либо последствий, а вместо этого я здесь, с вами двумя. Это должно что-нибудь значить! — Даже боюсь спросить что... — Я думаю... Думаю, что я люблю вас обоих. — Ты не можешь, ты не такая! — Только потому что я всегда была хорошей застенчивой маленькой девочкой, которая так боялась мыслить не по шаблону, особенно когда это касалось любви и секса. Но сейчас я оставляю эту маленькую девочку в прошлом. — Что именно ты предлагаешь? — Я могу любить вас обоих. Я не должна быть твоей или твоей — я предлагаю, чтобы вы двое были моими.

Что за двойные стандарты?! Когда две женщины и один мужчина — это для всех нормально, даже если они едва знают друг друга. А когда женщина пытается быть с двумя мужчинами, которых она любит, все недовольны и шепчутся!

— Я просто хочу быть с тобой. Только с тобой. Навсегда. — Нет такого понятия «навсегда».

Если я и научилась чему-то, когда мы были вместе, так это тому, что каждый раз, когда я узнаю о тебе что-то новое, я жалею, что узнала об этом.

— Когда все закончится, давай начнем все сначала. Мы изменимся... — А мы сможем? Я не знаю. Я не знаю, могут ли люди меняться, даже если они пытаются. — Мы сможем, если захотим.

— Почему ты говоришь так, будто прощаешься со мной? — Потому что прощаюсь.

Злом зла не исправишь.

— Ой! — Не говори «ой»! Вампиры не должны говорить «ой»!

— Думаю, нам не нужно больше встречаться. — Почему? — Потому что ты не дышишь, потому что в тебе нет электрических импульсов, потому что твои друзья просто жаждут разодрать мне горло, потому что вампиры убили этого проповедника из церкви Св. Сына, а вместе с ним его жену и ребёнка. А ты смотришь мне в глаза и говоришь, что они это не делали! — Люди убивали миллионами в бессмысленных войнах, я же не обвиняю тебя в этом!

— Не говори о бабушке. Я не хочу о ней говорить. Не могу. — Почему? — Потому что… потому что я ничего не хочу чувствовать. — Но мы должны о ней говорить. Мы не можем перестать её помнить или любить, лишь потому что это больно. Она никогда не переставала нас любить.

Нельзя просто сидеть и хранить себя для идеального человека, который может никогда не появиться – жизнь слишком коротка.

— Он твой создатель? — Не употребляй слов, значения которых ты не понимаешь. — Но ты любишь его всем сердцем! — И не говори слова, значения которых не понимаю я.

— Не думала, что у нас так рано будет секс! — А кто сказал, что будет секс?!