Стрелок

— С Ши-Рой мы завоюем что угодно. — А ещё нам понадобиться корабль. — С Ши-Рой и кораблем мы завоюем что угодно — А ещё опытный капитан. — С Ши-Рой, кораблем и капитаном мы завоюем что угодно.

— Я ж говорил, Меглин, хочу людям правду показать. Три прививки — три серии... девять... сорок... триста шестьдесят пять... Помяну человечество. Я до вас докричусь. Заставлю слушать. — Я тебе не дам больше убивать. — Я же раньше вас приехал, там на втором этаже, все пятнадцать. Так что, целых сорок душ. Сорок. Закончил серию. Отдохну, здоровье поправлю, подожду, пока ты сдохнешь, ты же единственный, кто меня убить может. А потом третья серия. — Нет... Все закончилось.

Человечество неисправимо. Оно должно быть уничтожено.

Я не знаю, правильно ли я поступил или нет... и, наверное, никогда не узнаю. Но я сделал выбор. Надеюсь, он был верным.

Кто к нам с мечем придет, тех проще застрелить!

Не могу стрелять на трезвую голову!

Хорошо смеется тот, кто стреляет первым!

Мушкет и жену — не дам никому!

Мы хорошие ребята, жаль, патронов маловато…

Так оно и кончается, подумал он. Всякий раз вот так. И странствия с походами, и дороги, бесконечно уводящие вдаль — все обрывается на одном и том же месте: лобном. Кроме, может быть, дороги к Башне.

Только враги говорят друг другу правду. Друзья и возлюбленные, запутавшись в паутине взаимного долга, врут бесконечно...