Василий

Взрослая жизнь не состоит из кайфа. На кайф ни сил, ни времени не останется.

Все люди смертны, но врач, если он настоящий профессионал, может помочь спасти если не всех, то очень многих. Пока отличный хирург будет рыдать, отмаливать свою ошибку, умрут раньше срока другие больные, у которых ещё был шанс.

– А ты, Илья? – спросил я. – Ты встретил свою половинку? Илья улыбнулся и ответил: – Не поверишь, но я все ещё в поиске. Чувствую, что уже пора, но пока не встретил ту самую единственную. – А что должно произойти? – поинтересовался я. – Как ты почувствуешь, что перед тобой твоя женщина? – Будет, как ты и сказал, искра, а не только тяга. Тебе захочется не только обладать ею, как женщиной, но и просыпаться рядом с ней каждое утро.

– А какая она – любовь – на твой взгляд? – поинтересовался я. – Хм… – Илья нахмурился. – Однозначного ответа нет. Описать состояние любви сложно. У каждого оно свое. – Например? – У одних любовь – это привязанность. У вторых – уважение. У третьих – взаимопонимание. У четвертых – доверие и преданность. У пятых – нечто неосязаемое. У шестых все вместе взятое. – Получается, – сказал я, – шестые самые счастливые. – Возможно, – улыбнулся Илья. – Счастье тоже у каждого свое.

Счастье у каждого свое, но не у каждого оно счастливое.

Говорят, что мужчины не плачут. Не верьте этому. Мужчины плачут. Плачут, как и все живые люди.

– Боишься измены? – спросил психолог. – Нет. Я считаю, если женщина изменяет, то в этом всегда виноват мужчина, значит, он был недостаточно внимателен к ней.

Я считаю, что всепоглощающую любовь придумали писатели. В жизни такой любви нет. В жизни все прозаично и скучно.

Дети, в школу собирайтесь, Петушок пропел давно! Только наш Г. Н. Сафронов Ещё с вечера в га... Георгий Николаевич! Это уже из ряда вон! Немедленно вставайте!

Кто рано встаёт, тому Бог подаёт.

После вкусного обеда, по закону Архимеда, чтобы жиром не заплыть, надо срочно покурить.

Нужно есть пиццу и говорить себе, что это – салат овощной, все ведь от мозга зависит.

Я вот иной раз задумаюсь про жизнь — даже страшно станет. Особливо ночью... не спится когда... Смотришь: перед тобой море, над тобой — небо, кругом темно таково, жутко... а ты тут — один! И станешь тогда сам для себя таким маленьким, маленьким... Земля под тобой шатается, и никого то на ней, кроме тебя, нет.

И как все устроено на свете: что грешно, то и сладко.