Александр Дюма (сын)

У женщин есть две манеры любить, которые могут вытекать одна из другой: они любят душой или телом.

Я устала, в конце концов, видеть постоянно людей, которые хотят от меня того же самого, платят мне и считают, что они со мной квиты. Если бы те, кто впервые приступает к нашему постыдному ремеслу, знали, в чем оно заключается, они скорее пошли бы в горничные. Но нет; нам хочется иметь платья, экипажи, бриллианты; мы верим тому, что нам говорят, потому что проститутки тоже умеют верить; и мало-помалу изнашивается наша душа, наше тело, наша красота, нас боятся, как диких зверей, нас презирают, как каких-то париев, нас всегда окружают люди, которые берут от нас всегда больше, чем они нам дают, и в конце концов мы подыхаем, как собаки, погубив и себя и других.

Жизнь восхитительная штука, все зависит только от того, сквозь какие очки на нее смотреть.

Бывают случаи, когда минута делает больше, нежели целый год ухаживаний.

Любовь Маргариты стала товаром, более или менее дорогим, смотря по сезону.

Сколько бы я ни жила, я проживу дольше, чем вы меня будете любить.

Мужчины, вместо того чтобы быть удовлетворенными тем, что им дают и на что они едва ли могли надеяться, требуют от своей любовницы отчета в настоящем, прошлом и даже в будущем. Чем больше они привыкают к ней, тем больше они хотят владычествовать над ней, и чем больше им дают, тем шире становятся их требования. Я решаюсь взять нового любовника при условии, чтобы он обладал тремя редкими качествами: доверчивостью, покорностью и скромностью.

Я уже давно ищу любовника молодого, покорного, беззаветно влюбленного, не требующего ничего, кроме моей любви.

– Но что же я должна сделать, чтобы вознаградить эту великую любовь? – Любите меня хоть немного.

Я сойду с ума не только в том случае, если вы меня не полюбите, но и в том случае, если вы мне не позволите вас любить.

Мужчины непременно хотят знать то, что им может причинить боль.

– Разве стесняются с такой женщиной, как я? – С женщиной всегда нужно стесняться.

Если я буду заботиться о себе, я умру. Меня поддерживает та лихорадочная жизнь, которую я веду.

Заботиться о себе хорошо светским женщинам, у которых есть семья и друзья; а мы, как только мы перестаем служить тщеславию или удовольствию наших любовников, – нас бросают, и долгие вечера сменяют долгие дни.

В ней была видна непорочная девушка, которую ничтожный случай сделал куртизанкой, и куртизанка, которую ничтожный случай мог превратить в самую любящую, самую чистую женщину.

В глазах этой женщины мелькали время от времени огоньки желания, сулившие неземные радости тому, кого она полюбит.

Тем, кто любил Маргариту, не было конца, она же не любила никого.

Какими доводами, какими уловками пользуется сердце, чтобы добиться желаемых результатов.

Она всегда была весела, я – всегда взволнован.

Если бы я захотела выслушивать всех, кто в меня влюблен, у меня не хватало бы времени на обед.

Я говорил себе, что потеряю все свое состояние, но буду обладать этой женщиной и по праву займу место, которое я так быстро оставил.

Всякий знает по опыту, что такие девушки, как Маргарита, любят насмешничать и дразнить людей, которых они видят в первый раз. Это, вероятно, в отместку за унижения, которые они часто претерпевают со стороны тех, кого видят каждый день.