Цитаты на тему «любовницы»

Быть любовницей, как она обнаружила, требует больше хитростей и уловок, больше изобретательности и изворотливости, чем пишут в любовных романах.

Вообще в женатом состоянии напрягает не то, что у тебя нет других женщин, а то, что нет этой возможности. Я, может быть, ею бы и не воспользовался, но возможность-то должна быть… Вот, например, запретили бы тебе есть вилкой. Причем в формулировке «никогда». «Никогда больше не будешь есть вилкой!» Да, казалось бы, и черт бы с ней, можно ложкой, палочками, руками… Но тебе сказали — нельзя, и сразу захотелось именно вилкой. И, главное, вот она — вилка, лежит. Много вилок. Открыл ящик — полно. Разные — длинные, короткие, трехзубые, двузубые, серебряные, мельхиоровые… Да тебе в таком состоянии даже и алюминиевая сгодилась бы… если у тебя уже три года не было ни одной вилки. Но нельзя. А буквально вчера еще было можно — бери любую вилку и пользуйся, и никому дела нет. А сейчас воспользовался — и все так головами качают: «Э-эх, что же ты, обещал же вилками не пользоваться…»

Старые любовницы — как дряхлые лошади. И ездить нельзя, и расстаться жалко!

– Моя жизнь – обман. – Со мной тебе врать не приходится... – Зато в остальное время – ещё как!

Я уже слышу эту балладу: «Сказ о двух зерриканках и об их отважном поэте-любовнике». Ууу-ху-ху. Это феноменально, поверьте.

Если муж говорит, что он не может выбрать между тобой и любовницей, потому что на нём приворот, то сделайте ему от ворот поворот.

Быть любовницей — это как ездить на арендованном авто: удобно, но когда-нибудь ты всё равно захочешь свой автомобиль.

Прерогатива быть униженной даже будучи сверху – ее клише, как любой актрисы, которая играет один тип ролей. Будь она любовницей, или вечной мученицей. Это ее клише. Ее клеймо на сладком теле.

Фаворитки заслуживают большего уважение, нежели королевы.

Вы дьявол, сэр, а вы любовница дьявола. <...> Ну и времена настали — любовница командует дьяволом!

Стать его…но не женой…не девушкой…вещью. Я не употребляю слово «любовница», ибо оно эгоистично-меркантильное. Это грязно, но не сексуально.

Хотела ли я быть содержанкой? Скорее я отвечу «да», чем «нет». Ведь содержанка — это тоже в своем роде вещь за которую тебе приходится платить, а она может дать тебе жаркий секс, что у тебя никогда не будет с женой. Это факт, и как бы все эти примерные жены не обижались, но так оно и есть. Типичная проблема современных браков, и такая приятная возможность для одиноких женщин заполучить выгодного во всех смыслах мужчину.

— По крайней мере вы пополнили мое образование по части дамского туалета, как верхнего, так и нижнего, — кротко заметил Хартгейм. — Бросьте! Пари держу, у вас десяток любовниц, и вы всех их раздеваете. — У меня только одна, и, как подобает хорошей любовнице, она ждет меня в неглиже.

Мы не принадлежим себе. Мы перестаем быть людьми и становимся вещами. Мы занимаем первое место в их тщеславии и последнее в их уважении.

– Вы можете мне помешать, вы, Маргарита, но в чем? – Ну, у вас могла быть женщина, – ответила Прюданс, – и ей не было бы особенно приятно увидеть eще двух.

Только мужчина, который не любит больше свою любовницу, не пишет ей перед разлукой.

Мужчины, вместо того чтобы быть удовлетворенными тем, что им дают и на что они едва ли могли надеяться, требуют от своей любовницы отчета в настоящем, прошлом и даже в будущем. Чем больше они привыкают к ней, тем больше они хотят владычествовать над ней, и чем больше им дают, тем шире становятся их требования. Я решаюсь взять нового любовника при условии, чтобы он обладал тремя редкими качествами: доверчивостью, покорностью и скромностью.

Заботиться о себе хорошо светским женщинам, у которых есть семья и друзья; а мы, как только мы перестаем служить тщеславию или удовольствию наших любовников, – нас бросают, и долгие вечера сменяют долгие дни.

Фавор — это приз, который постоянно меняет направление.

Часто уход любовницы провоцирует развод, потому что отдушина пропадает и жить в разрушенном браке становится совершенно невыносимо.

Ведь нынче луна. Что же нужно еще Напоенному дремой мирику? Может, с толстыми ляжками Тайно придет «она» И ты будешь читать Свою дохлую томную лирику?

Любовница — как независимая республика, которой очень хотелось, чтобы её признали.

Поэзия, мне жаль тебя, поэзия, любовница, мятежница. Сестра.

Сердце билось так быстро, что могло просто выпрыгнуть прочь. Ведь эта вся ситуация в очередной раз давала ей повод понять, что она всего лишь его любовница. Кто она такая, чтобы строить его? А уж тем более пытаться им помыкать. Все, что она может – подчиниться. Подчиниться, чтобы не стать хуже. Подчиниться, чтобы ему был хорошо. Считала ли она это самопожертвованием? Скорее тяжелой формой мазохизма. Стокгольмский синдром на лицо.

Никогда не надо общаться с женатыми мужчинами. Рыбой торгуют в рыбном магазине, мясом — в мясном. Не теряйте времени. Женатому мужчине не нужна жена, у него дома одна уже есть.