Дмитрий Алексеевич Калинин

Что мне толку думать про будд, если любой пёс способен научить меня гораздо большему и безо всяких премудростей?

Животные от рождения ведают свой путь. Они не просветлены, потому что целостные существа и не нуждаются в просветлении, ведь они просто не могут быть затемнёнными.

Только такому глупцу, как человек, могло прийти в голову, что духовность возвышает его над животными. Ни один зверь в природе не обладает духовностью, и знаешь, почему? Потому что звери не нуждаются в костылях.

Всё зависит от того, зачем тебе вообще нужно учение: чтобы просто стать счастливой, или же чтобы успеть встретиться с собой Настоящей во что бы то ни стало, пока ты ещё жива?

Готова ли ты идти до конца, чтобы встретить своё естество, если ради этого придётся отречься от учителей и от самого учения, которое так поддерживает тебя и делает счастливой?

Люди несчастны потому, что маниакально ищут это самое счастье. Так работают желания: когда человек очень сильно чего-то хочет, он в итоге всегда сталкивается с противоположным.

Невозможно по-настоящему намеревать что-то, руководствуясь желаниями.

Хотеть для себя того или иного будущего означает не доверять своему сердцу. Всё это моделирование будущего — всего лишь защитная броня человека, боящегося пройти свой путь до конца.

Любовь и ненависть — абстрактные состояния восприятия, а вот то, что ты воспринимаешь их через призму удовольствия, делает их в одинаковой степени ядовитыми.

Счастье само по себе мертво и бессмысленно. Лишь иногда оно может быть полезным в качестве кратковременного привала на пути, когда требуется восстановить силы.

Существует огромная разница между очарованием миром и очарованностью любовью к миру. Первое освобождает от оков личности, а второе, наоборот, усиливает эти оковы. Очарование миром даёт силы и ясность, а очарованность любовью к миру делает слепым.

Тебя с детства изуродовали представлением о том, что ты должен контролировать свою жизнь. Тебе внушали, что это означает «нести ответственность». Но это — ложь. Ответственность не имеет ничего общего с контролем.

Мы живём в мире навязанных нам иллюзий, и это — наша судьба как человеческих существ. Но мы можем противостоять чужим иллюзиям с помощью собственных, осознанных иллюзий.

Наш путь — это дорога в неизвестность. Мы делаем шаг, следуя зову, но не знаем, с чем столкнёмся, и должны быть готовы ко всему, не опираясь ни на что.

Ты боишься неопределённости и хочешь знать последствия своих действий, но неужели ты ещё не понял, что это всего лишь страх перед пустотой? Он заставляет тебя пытаться контролировать происходящее, но это бессмысленные потуги. Во Вселенной нет ничего, что можно было бы контролировать.

Девочкам внушают: «будь женственной», «дари любовь», «вдохновляй». Всё это — готовые роли с очень жёсткими границами. Женщин буквально заставляют любить себя, и это становится навязанной ролью.

Я — точка. Я есть, и меня нет, я начало и конец, я ­самодостаточна и полностью зависима от мира. Только точка может быть всем одновременно, и только точка способна добраться до себя Настоящей.

Перестать быть очарованным счастьем тяжелее, чем подружиться со своими страхами.

Какой бы безжалостной ни была искренность, только она и способна помочь по-настоящему.

Огромная человеческая глупость заключается в том, чтобы поклоняться маленькому кусочку жизни — рождению и расцвету, и всячески отталкивать закат и смерть.

Жизнь дана человеку для того, чтобы накопить опыт для последнего шага в бесконечность.

Лучше не знать ничего вообще, чем знать, но не следовать своим знаниям.

Я не наделяю настоящее отдельной ценностью. Я живу прошлым, когда мне нужно почерпнуть что-то из прошлого, живу настоящим, когда наблюдаю мир, и живу будущим, когда думаю о будущем. Все они для меня равноценны.

Ничего не бойся и не верь своим сомнениям. Впрочем, своей уверенности ты тоже не верь. Верь только сердцу, а раз пока оно молчит — просто расслабься.

Непоколебимая уверенность в себе возможна лишь тогда, когда осознаёшь себя пылью на обочине вечности, и тебе нечего терять, потому что ты больше не имеешь ничего, что нужно было бы защищать.