Дмитрий Мизгулин

Разверзлись и хляби, и воды, Мир тонет во мраке и мгле. Ужаснее этой погоды. Наверное, нет на земле. Куда только не затекает, И где только не намело... В такую погоду спасает Любви позабытой тепло.

Но утром холодным и ранним Луч солнца не тронет окно, А если и ждёт расставанье, Без муки минует оно. И путь затуманится Млечный, Померкнет надежды звезда, И если остаться — навечно, А если уйти — навсегда.

Дождём и снегом небо плачет, Привычной жизни суета. Воспринимаешь всё иначе Во дни великого поста. Твой путь сомненьями завьюжен, Идёшь, превозмогая тьму, Тебе уже никто не нужен, И ты не нужен никому. Тебе на целом белом свете Уже не надо ничего... И только звезды, Только ветер В пустыне сердца твоего.

Весна. Раскисшие дороги. Чернеет снег. Мутнеет даль. Мои привычные тревоги Вернул оттаявший февраль. Привычно сердце разболелось И раздражает птичий гам. И вдруг внезапно захотелось На время очутиться там, Где окружившие метели К утру сугробы намели. Где спят рождественские ели, Склоняя ветви до земли.

Скоро мы оставим мир подлунный, Чтоб потом преданиями стать... Всё равно мне — готы или гунны Будут эти земли заселять. Птица пролетит легко, беспечно, Зазвенит в ручье лесном вода, Многое останется навечно, Многое исчезнет навсегда. Не решай судьбу иных столетий, Не гадай о будущем в тоске, Слушай, как степной полынный ветер Говорит на русском языке.

Богатство, слава — все тщета Коль смерть всему итогом, Согреет душу простота, Дарованная Богом.

Смеюсь и плачу невпопад, Когда введет в смятенье То мимолетный женский взгляд, То яблони цветенье.

Иду, сбивая сердце в кровь, Судьбы не проклиная, Но счастлив, что нашел любовь. А не ключи от рая.

Хвала пророку и вождю, Внемлю журчанью речи, Но больше радуюсь дождю Летящему навстречу.

В эпоху лжи и суеты, В преддверии упадка Не потерять бы простоты Как главного достатка.

Промчались июльские ливни. Царят затяжные дожди. Ну что же поделать, скажи мне, Коль звонкий июль позади?

Я исчезну во мраке Беспросветной ночи, Не залают собаки. И луна промолчит. В мельтешенье столичном, В ритмах сумрачных дня Жизнь пойдет, как обычно, Разве что — без меня. Но не сгинут — хоть тресни Хороши ли, плохи, Непутевые песни, Путевые стихи.

А всё по воле божьей: И радость и печаль. И это бездорожье, И голубая даль. И встречи и разлуки, И трепет мотылька. И над речной излукой Литые облака.

Ещё зима незримой ношей, Ещё на сердце хмарь и мгла, Ещё февральскою порошей От взоров скрыты купола, Ещё дыхание метели Застыло в сумрачном лесу, Но капли звонкие капели Уже сверкают на весу.

На стезе демократичной Как-то сразу сник Ко всему уже привычный, Русский наш мужик. Замер в горестном раздумье: Что теперь да как? Нынче только телек умный, Ну а ты — дурак.

Ещё зима. Ещё морозы, Но — звонче птичьи голоса: И сквозь промёрзшие берёзы Небес сочится бирюза.

Не ведал строгих правил, Но сильно жаждал жить, Но раз господь управил, То так тому и быть. Иду скорбя и мучась, В огне грехов горю, Но Господа за учесть Свою благодарю.

И жизнь прожил, и поле Почти что перешёл. Но только лучшей доли У Бога не нашёл. В неистовом раздолье Теряются пути. Мне б только это поле Достойно перейти.