Ковчег / Корабль (El barco)

С тех пор, как мы на этом корабле, почти каждый день происходят невероятные вещи, которые нельзя понять. И когда люди не понимают того, что происходит, они говорят, что это чудо. Иногда чудеса хорошие, а иногда они пугают. Хотя некоторые люди не верят в чудеса. Как, например, мой дядя Хулиан... Но мой дядя ошибается. На «Полярной звезде» вот-вот случится чудо. Точнее, случится два чуда. Второе — это то, что плохой человек, который знает наши секреты, скоро воскреснет. Мама говорила, что беда никогда не приходит одна. И с чудесами случается то же самое. Они начинают происходить и уже не заканчиваются.

После последнего разговора с ученым, я осознал масштабы проекта, над которым он работал для Союзников. Опасность, которую предполагает использование урана военными, и то, что он называл новым атомным оружием. Его исследования предвещали лишь катастрофу. Он говорил о геологических катаклизмах. Не знаю, говорил ли я с гением или с сумасшедшим. Я надеюсь, что описанное им будущее окажется не более чем словами.

Мигель Ботельо — 41 год, Хулия Апарис — 27 лет, Хосе Декабо — 34 года, Гельермо Михелис — 22 года, Рафаэль Сармьенте — 29 лет... Меры, которые должны были предотвратить эпидемию, оказались напрасными. Три дня назад заболел последний член экипажа «Полярной звезды» — Я, капитан Хавьер Аяра де Суника, 3 июня 1941. Буду обязанным защитить остальных членов команды и избежать распространения болезни на континенте, я приказал применить ко мне те же меры, что и к остальным инфицированным. К заточению. Со мной остается желание: навсегда успокоиться на борту «Полярной звезды» и ужасная правда, которую скрывает...

Наши худшие опасения подтвердились. Врач сообщил, что больные страдают, так называемой, Испанкой. Скончались все мои офицеры и один пассажир, а также человек из Ливерпуля, чей труп лежит в лазарете вместе с тремя другими умирающими. Я вынужден принять самое тяжелое решение в своей жизни. Не имею возможности остановить эпидемию, и ради безопасности остальной команды, я приказал задраить лазарет и замуровать их живьем. Нам же остается только молиться, чтобы добраться до порта живыми. Да простит меня Господь.

Человек, которого мы подобрали в Ливерпуле, принес с собой странную болезнь. Он был первым, кто заболел. За ним мой второй помощник унтер-офицер и пассажир, француз, мсье Ришар. Болезнь так быстро распространялась, что врач не справлялся с пациентами, и боюсь, у нас недостаточно средств, чтобы содержать их должным образом. Человек из Ливерпуля отдал мне свой чемодан, чтобы я охранял его во время его болезни. Внутри была странная коробка. Как и судовладелец, он заставил меня поклясться защищать ее ценой собственной жизни.

— Мужики завоеватели и короли, это так. И когда мы делаем первый шаг, они защищаются. Это математика. — Но почему? — Век эволюции. Они охотятся, а мы добыча. Если поменяться местами, они сбегают.

По приказу судовладельца мы сменили курс на Ливерпуль. Мы заправим кораблю в порту Лимута и продолжим путь в холодных водах пролива Святого Георга. Команда недовольна, мне запрещено давать какие-либо объяснения. Мы должны взять иностранного пассажира, которого я должен буду защищать даже ценой собственной жизни. Этот человек немногословен. Я лишь знаю, что он ученый, специалист по ядерной энергетике, и никогда не расстается со своим чемоданом. Мест не было, и я поселил его в 31 каюте, которая используется, как лазарет.

Сегодня «Полярная звезда» вышла из порта Сан-Понтер, взяв курс на Нормандию, чтобы погрузить научный материал в порту Литрепора. Беспокойное море не помешало отправлению, мы следовали приказу судовладельца. Безопаснее плыть в этих условиях, учитывая обстоятельства. В качестве исключения мы взяли пассажиров: супружескую пару беженцев. Идет война, и мы плывем с выключенными огнями, чтобы нас не обнаружили в Северном море. Команда напугана, но никто не оспаривает приказов. Они хорошие моряки. Я тоже надеюсь быть на высоте.

Шкаф — лучшее место в мире, чтобы спрятаться, когда играешь с папой в прятки, хотя мама никогда не разрешала там прятаться, потому что говорила, что если дверь закроется и я не смогу выйти, то я очень испугаюсь. Потому что запереться самому или быть запертым — это разные вещи. Например, когда тебя наказывают, закрывая в комнате, и тогда ты уже не хочешь там быть. Даже если это самое прекрасное место в мире.

Папа мне говорил, когда он был маленьким все было совсем по-другому. Компьютеров тогда не было. Люди ездили на лошадях, потому что не было ни машин, ни бензина. Телефоны были с проводами. Но кое-что остается таким же, каким было в папином детстве. Например, любовь к девушке или страх, послеобеденный сон, дружеский розыгрыш или, например, загадать желание, если у тебя выпал зуб.

Лишь в конце они поняли, что это был за туман. Когда из памяти стерлись события и имена. Когда слова повисают в воздухе, медленно кружась. Когда стало слишком поздно.

Действительность стала меняться. Необъяснимо все стало странным, запутанным. Словно туман проник всюду и все потеряло смысл. Как будто люди заблуждались в чаще и забыли, кто они и что ими движет. Но тщетно искали цель, чтобы жить дальше.

Вы слышите? Мы вместе доберемся до этого острова, слышите? Улис, у меня последняя в мире бутылка «Колы», я даже знаю, что мы отметим — твое возвращение. У нас столько всего впереди, у нас с тобой вместе. Вместе. Так что ты должен вернуться, обещай мне.

Туман окружил нас, поглотив черноту моря и синеву неба. В мгновение ока. Словно спустилась туча, стирая горизонт и очертания земли прямо на глазах. Лишь звон оконных стекол напоминал о том, что город все же был рядом. Но некоторые не хотели оставаться...

Я люблю нашу семью. Когда кофе проливают в постель, никто не сердится и не кричит, мы просто смеемся.

Если сомневаешься — подумай не спеша.

На этом корабле уже нельзя верить никому и ничему.

Просто живите. Отдайтесь течению. В любви никто не выбирает.

У меня больше не будет невесты. Никогда. Я это знаю. Потому что никто меня не полюбит такого. Так почему же я не имею права вспомнить, что меня любили?

Любовь не растет постепенно. Она возникает сразу.

Любовь рождается постепенно, шаг за шагом.

Когда я была маленькой, у меня было много игрушек: мишка, мячик, коробка с картинками, приставка и целый ящик с игрушками, на который я не обращала внимания. Но мама говорила, что главное, это не игрушки, а те, с кем можно играть. И она была права, потому что сейчас у меня почти нет игрушек, но у меня много друзей, чтобы играть.

Сегодня великий день, потому что мы узнали, что нам есть куда плыть. Где-то есть остров, но для меня этот день также важен и потому, что самая красивая девушка на корабле переезжает жить ко мне. Айноа, я думаю, что могу прожить без земли, но только не без твоей улыбки. Если кто-то захочет прислать на Рождество моей девушке открытку, записывайте ее новый адрес: Айноа Монтеро, каюта 9, учебный корабль «Полярная звезда», эта планета.

Родители грустят, когда их дети переезжают.

Дети теряют маленькие вещи: карандаши, перчатки, игрушки. Взрослые тоже теряют вещи, но важные вещи: машины, дома, земли, которые они называют — континенты. Мой папа тоже потерял землю, но сейчас все счастливы, потому что нашли новую землю. Когда находишь то, что потерял, то радуешься сильнее, чем когда это у тебя было.