Окроме честности, есть множество отрад: Ругают здесь, а там благодарят.

Когда в делах – я от веселий прячусь, Когда дурачиться – дурачусь, А смешивать два эти ремесла Есть тьма искусников, я не из их числа.

Платон любезный, славно, Похвальный лист тебе: ведёшь себя исправно.

Чины людьми даются, А люди могут обмануться.

Но чтоб иметь детей, Кому ума недоставало?

Я странен, а не странен кто ж? Тот, кто на всех глупцов похож; Молчалин, например...

Мне весело, когда смешных встречаю, А чаще с ними я скучаю.

Судьба любви — играть ей в жмурки.

Мне в петлю лезть, а ей смешно.

Прошедшего житья подлейшие черты.

Смятенье! обморок! поспешность! гнев! испуга! Так можно только ощущать, Когда лишаешься единственного друга.

Хоть есть охотники поподличать везде, Да нынче смех страшит и держит стыд в узде; Недаром жалуют их скупо государи.

А судьи кто?

Как посравнить да посмотреть Век нынешний и век минувший: Свежо предание, а верится с трудом, Как тот и славился, чья чаще гнулась шея; Как не в войне, а в мире брали лбом, Стучали об пол не жалея!

Служить бы рад, прислуживаться тошно.

А впрочем, он дойдет до степеней известных, Ведь нынче любят бессловесных.

Господствует ещё смешенье языков: Французского с нижегородским?

В России, под великим штрафом, Нам каждого признать велят Историком и географом!

И дым Отечества нам сладок и приятен!

Блажен, кто верует, тепло ему на свете!

Что нового покажет мне Москва? Вчера был бал, а завтра будет два.

У всех людей — души серенькие… все подрумяниться желают…

Коли веришь, — есть; не веришь, — нет… Во что веришь, то и есть…

Что бы ни ожидало нас в будущем, пусть весь мир сразу узнает нас по тому знамени, которое мы подымаем!

Да будет нашим руководителем разум, а нашей силой – воля! Пусть сознание нашего священного долга поможет нам проявить достаточно упорства в действии! В остальном – да поможет нам господь бог, да послужит он нам защитой!