Александр Сергеевич Грибоедов

Чем человек просвещённее, тем он полезнее своему Отечеству.

София: Я гнева вашего никак не растолкую. Он в доме здесь живёт, великая напасть! Шёл в комнату, попал в другую. Фамусов: Попал или хотел попасть?

И всё-таки я вас без памяти люблю.

— Жалели вас. — Напрасный труд.

Прошу пустить, и без меня вас двое.

Ваш век бранил я беспощадно, Предоставляю вам во власть: Откиньте часть, Хоть нашим временам в придачу; Уж так и быть, я не поплачу.

Буду ли я когда-нибудь независим от людей? Зависимость от семейства, другая от службы, третья от цели в жизни, которую себе назначил, и может статься наперекор судьбы. Поэзия!! Люблю ее без памяти, страстно, но любовь одна достаточна ли, чтобы себя прославить? И наконец, что слава? По словам Пушкина... Лишь яркая заплата На ветхом рубище певца.

Кто первый начинает войну, никогда не может сказать, чем она кончится.

Деньги — также род оружия, без которого нельзя вести войну.

Бесценнейший друг и брат! <...> Ты уже верно из газет знаешь, что Столыпин, с которым я в путь собирался, умер. Мы бы его похоронили и всё тут, но вдова его ангел, а не женщина; одно утешение находит быть со мною, это с ее стороны довольно мечтательно, но их пол не то, что мы; сама она же говорит, что всякая женщина, как плющ, должна обвиваться вокруг кого-нибудь, и без опоры погибнет. От меня слишком бы жестоко было лишить ее (хоть это и не может продлиться) моего присутствия в ту самую минуту, в которой оно необходимо, и я покудова остаюсь. Бедное человечество! Что наши радости и что печали!

Чем больше имеешь знаний, тем лучше можешь служить своему отечеству.

Признаюсь вам, я столько читал, что ничем не удивлен. Это мое несчастие.

Беневольский (вскакивая со стула). Ась? Возможно ли! Быть полезным государству! Это превосходно, это именно мое дело. Я прошел полный курс этико-политических наук, политическую историю, политическую экономию, политику в строгом смысле, право естественное, право народное, право гражданское, право уголовное, право римское, право... Полюбин. Право, не надобно столько прав, ни столько политики; я, как видите, ничего этого не проходил, а статский советник.

Женщин не переспоришь, потерянный труд и время.

Вы правы: из огня тот выйдет невредим, Кто с вами день пробыть успеет, Подышит воздухом одним, И в нем рассудок уцелеет.

София: ... Молчалин вам наскучил бы едва ли, Когда б сошлись короче с ним. Чацкий: (с жаром) Зачем же вы его так коротко узнали?

Случалось ли, чтоб вы смеясь? Или в печали? Ошибкою? Добро о ком-нибудь сказали? Хоть не теперь, а в детстве, может быть.

Чацкий: Желал бы с ним убиться... Лиза: Для компаньи? София: Нет, оставайтесь при желаньи.

Чацкий: ... Велите ж мне в огонь: пойду как на обед. Софья: Да, хорошо — сгорите, если ж нет?

Бог знает, за него что выдумали вы, Чем голова его ввек не была набита.

Как с ранних пор привыкли верить мы, Что нам без немцев нет спасенья!

Какое личико твоё! Как я тебя люблю!

Как платья, волосы, так и умы коротки.

Судьба, проказница — шалунья, Определила так сама: Всем глупым — счастье от безумья, Всем умным — горе от ума.

Уж коли горе пить, так лучше сразу, чем медлить, а беды медленьем не избыть.