Цитаты на тему «суд, судьи»

Ручаться мало. Это голословно. Упреки ваши надо доказать. Для обвиненья я не вижу данных.

— Главный свидетель защиты — актрисулька из Вены. — Ромейн Хейльгер не такая, как вы думаете. — Когда в суде слышат «актриса» — думают «шлюха». А когда слышат Вена — мы все понимаем, о чем они думают.

Верующий в Него не судится, а неверующий уже осуждён.

Ты при всех на меня навлекаешь позор: Я безбожник, я пьяница, чуть ли не вор! Я готов согласиться с твоими словами. Но достоин ли ты выносить приговор?

У судей свои привилегии, мистер Райс. Я вот могу делать всё, что угодно.

— Мы здесь, чтобы помочь вам. — Я знала, что ты коп. Знала. Ты нам поможешь? Защитишь нас? Каждый день полиция, судьи приходят сюда, чтобы трахнуть нас! От них ты нас тоже защитишь!?

— Начнём! Суд над Ребеккой Майклсон. — Какое облегчение. Его эго под контролем.

Раз в парике — значит судья.

Как же мне вас судить теперь? Ежели судить вас по законам, так законов у нас много... И законы все строгие. Так вот, друзья любезные, как хотите: судить ли мне вас по законам, или по душе, как мне бог на сердце положит?

Чем дольше человек мертв, тем больше склонны мы искажать его сильные и слабые стороны: он не откликается, а потому судим мы смело.

Он считал, что право на его стороне: несокрушимый довод — право! Но да позволено нам будет спросить: существует ли на свете такой судья, у которого нет сына или хотя бы какого-нибудь родственника, которого надо протолкнуть, помочь ему выбиться в люди?

Как бы безвестен я ни был, мне доверен закон. В своих руках я держу весы жизни, у меня нет права на ошибку.

— Просто скажите, что ирландец виновен. Такие, как он, все равно долго не живут. — Потому что такие, как вы, не даете!

Идет девица ль под венец, сказал ли истину мудрец? Созрел на поле огурец... Мы мудреца — тем огурцом, девицу — в интерес лицом, Греху начало, истине конец. Ах, согрешил неплохо ты и небольшие хлопоты - Создать себе хозяйственный уют. Ведь ротозеи там и тут, глазеют, ходят и снуют, Созреют, в наши руки попадут. Да, грех виновен только в том, что называем мы грехом. Так нет греха на нем — и наплевать. И, чтоб не горевать потом, пора делиться опытом, Тому, кто хочет всем повелевать. И, значит, надо поле поливать...

— Ты пытался достигнуть моего положения, не развиваясь, а лишь используя чужую мощь. Ты не достиг бы этого, даже избавься от семи смертных грехов человека. — Кто ты? Почему встал у меня на пути? Отвечай! — Иногда меня называют Миром, иногда Вселенной, иногда Богом, иногда Истиной. Я это Всё! И Я это Они! А ещё я это ты, Истина воздаёт должным отчаянием за гордыню. Ты понесёшь заслуженное наказание за свою гордыню, пришёл твой черёд. Это и есть Суд Истины. — Я не хочу возвращаться туда! Нет! Умоляю! Только не снова в эти цепи... — Удел тщеславных — отчаяние. Это конец, к которому ты всегда стремился.

Я убивал людей, много людей, но они все были плохими.

Свидание с судьей помогло ему установить две вещи: во-первых, что его клиент — подставное лицо и что действительно процесс сводится к склоке между ворами; и во-вторых, что у него нет никакой гарантии в любой момент не быть выкинутым за борт.

Помнится, какие у меня самого были угрызения совести, после того, как я закончил колледж. Голова моя была полна красивыми афоризмами старого профессора этики. И вот меня взяли в юридический отдел Нью — Йоркской гудзоновской железной дороги. Мы разбирали тяжбу о возмещении убытков, и старый Генри Корбин, главный юрисконсульт этой дороги, передал дело мне, а потом вынул из своего стола отпечатанный на машинке список членов Верховного суда штата. «Некоторые имена, — сказал он, — помечены красным карандашом — можете направить дело к любому из них: это наши люди». Подумайте только! А я был невинен как свежевылупившийся цыпленок.

Мошенничество пустило сейчас такие корни, что, подав в суд, вы можете выиграть почти любое дело. Есть люди, которые посвятили все свое время тому, чтобы выискивать дела и фабриковать свидетельские показания.

— Когда ты сам станешь королем, вот тогда ты и поймешь, что такие решения приходится принимать. Королевству грозят темные силы. — Я знаю, что колдовство — это зло, отец, также, как и несправедливый суд. Да, я буду королем, я еще не знаю каким, но я знаю в каком Камелоте я хочу жить — в нем наказание будет соответствовать преступлению.

0001606. Деятельность суда в Российской Федерации приняла форму анекдота: «усматривается спор», нужен иск, но в результате иска принято решение, что спора нет. Какое уж тут обращение по форме, если суд действует в форме анекдота?