— Здесь люди и Бога позабыли. — Здесь его никогда и не было, — с расширенной улыбкой, и полусонными глазами Камиль не снимал изучающий взгляд с Руслана, и с легкой медленной манерой движения продолжил. – После всемирного потопа, люди решили построить легендарную башню в Вавилоне, с высотой до небес. А точнее до 90 метров. Но строительство башни было прервано Богом, потому что ему это не понравилось. И тогда он разделил людей, создал язык для каждого из них, из-за чего они перестали понимать друг друга. И после этого люди построили Бурдж – Халифа высотой 800 метров. Вот это Богу понравилось. Вот так работает наш Господь милосердный.

Чем хаотична жизнь, тем сильнее бурлят страсти вокруг нее.

Мертвецы хранят молчание.

Лень сковывает волю человека, заставляет топтаться на месте.

Жизнь наша как минное поле-не дай бог шаг в сторону и след в истории останется если не глубокий, то печальный.

Оглядываясь назад-мы с тоской смотрим на свое прошлое, которое уплыло от нас...как корабль к далеким берегам.

Тебя будут понимать тогда, когда ты готов понимать других людей. Когда ты готов работать над тем, чтобы конфликтные, проблемные вопросы разрешались с максимальной выгодой для всех.

Уже моя фантазия меркнет, вдохновение гаснет, слова наскучили мне самому, и если я храню написанное мною, то только потому, что люблю окружать себя воспоминаниями, ради чего я не продаю даже моей старой одежды. Иногда я отправляюсь взглянуть на нее в чулан, где она хранится, и мечтаю о том времени, когда эта одежда была нова, и обо всем том, что я делал, щеголяя в ней.

В детстве я мечтал о славе, подобно всем, ни более, ни менее; благоразумие пробудилось во мне поздно, но пышно расцвело.

Ведь я не соловей, а малиновка, пронзительно кричащая и прячущаяся в чаще леса, чтобы ее никто не слушал, кроме нее самой.

Он другой, с ним веришь в чудеса И ныряешь в детство с головой. У него счастливые глаза, Он с открытой, искренней душой.

Такова уж странность человеческого ума, связывать иногда с тягостными впечатлениями ласкающие образы.

Только Идея — бессмертна, только без нее немыслима жизнь.

С ним так хочется не понимать, а жить Настоящим, тёплым светлым днём. И его любовью окружить И уже не думать ни о чём!

Первым чувством его была радость при виде друга; вторым — сожаление (достойный человек!), что его оторвали от книги; третьим — покорность обстоятельствам и полная готовность быть гостеприимным хозяином.

Эти писаки-романисты вбили женщинам в голову, что человек, который ест и пьет, не может быть влюбленным.

Он помогал Шаверни с усердием и преданностью, которые вы тоже, может быть, встретите в жизни, если будете мужем хорошенькой женщины.

Меня к тебе вела судьба в глухой тиши. Какой бы ни был между нами долгий путь, Я буду плыть к тебе на всех ветрах и парусах.

Призываю же вас люди, лишь добрей друг к другу быть.

Самый темный лес, он в душе моей.

Ты человек, который мой, но ты далек настолько, Что никогда тоске земной, Не пересилить расстояние души моей к твоей душе.

Жить сегодня, завтра, послезавтра, Жить всегда, любя, мечтая, веря. Это счастье...

Это была фатальная ошибка, не так ли, мадам Ковариан? Взять ребёнка, вырастить его идеальным психопатом и познакомить с Доктором... Ну в кого ещё я могла бы влюбиться?!

Я никогда не думала, что такое возможно. Ты вдвойне более человек, чем я думала.

Правда может ранить.