Александр Мазин

– Значит, так, дорогой друг, – сказал я парню. – Или ты называешь настоящую цену – или я звоню в полицию. У нас в России номер бы не прокатил. Но в цивилизованных странах, где полиция охраняет закон, а не ищет, где бабла по-легкому срубить, перспектива у парня была аховая.

Не люблю я, когда история повторяется. Особенно моя.

Когда человеку нечего терять, он способен на настоящий подвиг.

Я еще не знал, насколько переменчива госпожа Удача. Сегодня ты – с полными карманами и при оружии, а завтра – в драных штанах и с битой мордой. И так, может статься, до самой смерти. То есть – пока не убьют.

Смех убивает славу не хуже меча.

Живой, он может вернуться и отомстить, а вот мертвый — вряд ли.

Скучно жить, когда у тебя нет врагов!

Надо быть слепым, чтобы дважды вступить в одно и то же коровье дерьмо.

Деньги и женщины — вот причина всех раздоров.

...свобода – такая штука, которая нужна далеко не каждому. Девять из десяти тут же обменяют её на сытость и безопасность. А десятый, скорее всего, попытается ограбить кого-нибудь из девятерых.

Как говаривал мой дедушка: не можешь петь — не пей.

Требовалось выкинуть этот страх не только из мыслей, но даже из подсознания, потому что такой неуправляемый страх крайне опасен в бою, ведь трус теряет самое главное. Он теряет кураж. То, что местные называют верой в собственную удачу. Уверенность: ты можешь разить врагов, а до тебя они ни за что не дотянутся. Воин не должен бояться погибнуть, потому что тогда он станет хреновым воином. Таким же хреновым, как тот боксёр, который боится получить по морде. То есть боксёр вовсе не обязан позволять бить себя по морде, совсем наоборот. Но допускать такою возможность — непременно. И не трусить.

Но кто не рискует, тот не пьёт пива из серебряной чаши, «закусывая» поцелуем красавицы.

Это обычное дело. Мужчины убивают друг друга, когда хотят получить женщину. Убивают за право владеть такими, как мы. А уж боги решают, кому отдать это право.

«Больше бабла!» — вот девиз почти любого правления. Главное — чтобы был повод и чтобы народу не отвертеться.

Словом, если болтун — находка для шпиона, то болтушка — настоящий подарок.

«Одним — пампушки, другим — колотушки», как говорила моя бабушка.

Когда встречаются жадность и глупость, у воронов — праздник.

Славный и благородный ярл спешился (это было нетрудно, учитывая габариты его коня) и с важностью, подобающей облеченному властью, выдал вельможное «Здрасте». - Слыхал о тебе, — уронил он, надувшись от спеси, аки сексуально озабоченный породистый голубь. — Кому служишь ныне? Взгляд, которым одарил ярла дедушка, яви он его с киноэкрана, сделал бы Стенульфа звездой первой величины. Так смотрит фермерша на собственноручно выкормленного петуха, который вдруг человеческим голосом требует финансовый отчет по курятнику за последний квартал.

Если девушка хочет себя в чём-то убедить, убедит наверняка.

Пусть лучше судят трое, чем несут четверо.

В бою никто не любуется твоей мощью. Вокруг не толпятся зрители, которые жаждут поглядеть, какой ты герой. В бою тебя просто хотят убить. И будь ты хоть какой ловкач помахать мечом, когда ты устанешь, то утратишь и мощь, и быстроту. И тогда тебя прикончит любой, кому хватило ума поберечь силы.

Не дело тем, кто идёт путём закона, шастать по тайным тропам!

Но, чем чаще в человеке просыпается зверь, тем зверь сильнее. И тем меньше человеку хочется быть человеком. Потому что быть зверем легко. Чувства зверя остры, а радости — просты. Зверем быть легко, а человеком — трудно.

Удача — девушка разборчивая. Она предпочитает тех, кому известно, где её искать.