Армен Гаспарян

Организм до тех пор успешно борется, пока имеет возможность постоянно вырабатывать антитела и держать в боевом состоянии иммунную систему.

Здесь что, кто-то рыдает, что между нами не будет отношений? Ладно, раньше у нас был культ, англичане были англичанами, настоящими мужиками, как Оззи Осборн. Пили. ну не так как мы, но старались. Дрались, тоже не как мы, но по крайней мере, моднее. Когда мы были в телогрейках, а эти были в Барберри, правда это не мешала им отхватывать от нас в их Барберри так... А сейчас то что? Англичане были англичанами, а не выходцами из Северного Алжира. Тут нет никакого расизма, просто констатация факта. Я хорошо помню удивление наших болельщиков от состава английской сборной: Джон Барнст, чернокожий, ну не фига же себе. Там стояли такие дородные докеры: Крисы Ворлды, Гарреты Саунгейты... Вот это была Англия! С ней — да, с ней мы хотели дружить. Мы все подражали англичанам, слушайте, мы почему такие, гадкие и мерзкие? Мы же выросли на их Битлз и на Слей, на Ирон Мейден и Моторсе, на Джуди Престон и Веном... Это удивительно! Мы всегда, не смотря, что англичанка на нас гадила и нам продолжает гадить, всю жизнь подражали Британии, во всём : в одежде, в музыке, в футболе, литературе. У нас доходила до абсурда, мы в «Трех мушкетёрах» жалели Бекингема, по сути шпиона, альфонса и прелюбодея. А теперь нам что предлагают, этот мультикультурный свинарник? Который не может определится, выходит он из Европы или где? Они всё ещё остаются! Пацанчики с Нижнего тракторного уже переработали восемьсот килограмм семечек за время Брекзита. А он всё ещё на месте. И это Джонсон на кого предлагают подражать, этого Бориса, с флегматик? Это что, мужчина?? Да перестаньте, такого отправить в город Иваново, через полчаса толпа сойдётся над этим телом, без хлеба и солью, но со зрелищами и кровью. Эта Англия, то чего от нас хочет? Чтоб мы стали такими же?

Джонсон вместо того, чтоб размышлять, как ему там будет в Соединённом британском королевстве, без Северной Ирландии и Шотландии... Он размышляет о том, что «он не простит Путина». Ничтожество! Да ты в отставку выйдешь, тебя через два дня уже не вспомнят, что ты там грозил. За примерами далеко ходить не надо. Где ты Терезочка? Мэйчёнок наш? Она же тоже грозила, аргументами сверху и констатациями снизу, что она не простит. И она будет... Вот была Маргарет Тэтчер, вот та не прощала, так не прощала, да и сколько лет прошло с момента как она ушла в Валгаллу, а британские горняки до сих пор в бешенстве. При слове Маргарет, как коньки-горбунки молодые вспыхивают, эротическим возбуждением. Кто помнит про Терезу Мэй, кто будет помнить про Джонсона? С чем он войдёт в историю, нелепой пританцовывающей походкой или бардаком в причёске? Боже ж ты мой, Памеле Андерсон пятьдесят три года и все обсуждают, что она снялась, в чём её видел Томми Ли и весь мир обсуждает это. Борис Джонсон поправляет причёску — и это не интересно никому.

Свой кизяк малиной пахнет.

Солнце село, сдохли мухи, Продолжаем в том же духе!

Я персона нон-грата в шести странах. Ну под шестой понимается Европейский союз, как таковой.

У нас же кого ни копни — у нас всюду наши люди, всюду наши парни. Вопрос тогда — вот на этой неделе в ООН голосовали... Казахи с киргизами как проголосовали? Наши парни... Кстати, вот это — наши-наши со всех сторон — ОДКБ, Таможенный союз, всё как положено. И чего? Белорусам — спасибо, спасибо Армении, спасибо Кубе, про сербов и говорить грешно. <...> Я всем этим людям говорю — молитесь на Путина, молитесь — чтобы Владимир Владимирович как можно дольше руководил страной. Потому что ему на смену придёт жёсткий партократ, который в гробу видел идеологию эпохи Советского Союза. Он будет по возрасту сильно младше. Он не впитал с молоком матери про четырнадцать братских республик, которым ты обязан до смерти помогать, сам голодай — но этих дармоедов корми. У Путина есть рефлексия по этому поводу, как есть у любого человека, который родился и вырос в Советском Союзе. <...> Вот тот, кто придёт на смену — этой рефлексией обладать не будет, он скрутит это всё в такой бараний рог, что мало не покажется. Он не будет слушать эту бредятину.

Гражданская война в России — это вовсе не штабс-капитан Овечкин в хорошем мундире, в ресторане, пьющий вкусный коньяк и поющий «Боже, царя храни». Гражданская война — это безумие, смерти, атаки в полный рост без единого выстрела, это разрубленные пополам шашкой тела, это раскроенные рукояткой нагана подбородки, это кровь и насилие в чистом виде, а вовсе не «неуловимые мстители» и «макары-следопыты» и не прочая клюква, которая гуляет в умах людей. <...> В чём принципиальная разница между гражданской войной и мировой? В мировой — вы можете разойтись по своим странам и сказать: «всё, поскубались мало-мало, и будет...» — а в гражданской войне вам некуда уйти и вы будете просто убивать до последнего противника. Вот это страшно.

... Я сокола по помёту узнаю́ с этой точки зрения...

Если русскоязычным негражданам Латвии нужна политическая партия, которая будет отстаивать их права, им нужно оставить в прошлом всех этих фриков, потому что это осколки неудач прошлого и гарантия катастрофы грядущего.

Что касается Герберта Цукурса, то сперва он прославился, совершив в 1933-1934 годах полёт в Центральную Африку на самолёте, который сам собирал в течение нескольких лет. <...> В 1941 году отважный покоритель неба, обуреваемый непомерным тщеславием, становится правой рукой главного палача Латвии Виктора Арайса и фактическим «хозяином» Рижского гетто. Это он во время расстрелов кричал: «Дайте мне напиться крови!» Это он разъезжал по гетто в открытом автомобиле и стрелял во всех встречных евреев, ликуя, когда попадал. Это его в Риге прозвали «палачом еврейских детей». Возмездие нашло Цукурса в 1965 году в Южной Америке. Не добившись официальной выдачи карателя, агенты израильской разведки Моссад привели приговор в исполнение. Это была одна из самых блистательных операций спецслужб Израиля. Вот такие герои сейчас популярны в Латвии. <...> И вот представьте себе ситуацию — вы приезжаете в столицу Латвии Ригу, замечательный старинный европейский город. В каждом сувенирном киоске вы можете увидеть почтовый конверт, на котором красуется изображение Герберта Цукурса, военного преступника и карателя. А венчает его портрет такая надпись: «Латыш, когда тебе будет трудно, помни, что Герберту Цукурсу было еще труднее!»

Может быть, нам нечего ответить Польше? Есть. Мы тоже можем потребовать от поляков платить и каяться. Например, за уничтоженные храмы Русской православной церкви. Причем, подчеркиваю, не РПЦЗ — Русской православной церкви за рубежом, которая образовалась после революции, а тех, что находились в лоне Московской патриархии. В первую очередь от поляков можно потребовать покаяния за разрушенный и разграбленный в 1924-1926 годах собор Александра Невского, который был самым высоким зданием в Варшаве и крупнейшим православным храмом в Европе. Уничтожению этого собора польские власти придавали огромное политическое значение, внушая своим соотечественникам, что тем самым они низвергают символ русского господства и чуждой веры. Варшавский магистрат даже выпустил специальный заем, обеспеченный стоимостью материала, полученного в результате разрушения величественного здания, для того чтобы «каждый поляк мог стать причастным к этому святому делу». Так путем создания круговой поруки вопиющему акту вандализма был придан вид события, ставшего чуть ли не предметом национальной гордости. Разрушение уникального памятника архитектуры длилось почти два года и потребовало, по разным данным, от полутора тысяч до пятнадцати тысяч малых взрывов. Впоследствии яшмовые колонны из разрушенного собора были перевезены в усыпальницу маршала Пилсудского в Кракове, а мраморные плиты и фрески использованы для украшения многих зданий в Варшаве. У тех поляков, кто сохранил трезвый взгляд на вещи, это сатанинское действо вызвало ужас и возмущение.

И вот теперь, в 1999-м, американцы приняли решение бомбить Белград. Я думаю, что если бы они по причине победы (как они считали) в Первой холодной войне не разогнали своих опытных советологов, им было бы кому объяснить: худшее, что они могли сделать, — это разбудить русского медведя, обидев сербов, у которых, как известно, с давних пор есть поговорка: «На небе Бог, а на земле — Россия». Я лично знаю множество людей, которые на протяжении долгих лет исповедовали либерализм, а после событий на Балканах стали радикальными патриотами. Да что греха таить, я и сам прошёл подобный путь.

Победа в холодной войне ни в коей мере не является завоеванием Запада, а целиком и полностью представляет собой заслугу советского общества в целом и ЦК КПСС в частности. Никакие «пятизвёздные» генералы Пентагона не сумели добиться того, что сделало само советское общество и советское руководство. <...> Ответственность за то, что произошло со страной, должна целиком и полностью нести элита КПСС, партийная верхушка — она не сделала ничего для того, чтобы сохранить Советский Союз. Конечно, можно предъявлять обвинения сотрудникам ЦРУ и государственного департамента США, но давайте, выражаясь словами замечательного военного аналитика полковника Месснера, просто признаем, что в первую очередь надо винить самих себя. Все, кто жил в то время, по сути дела, виноваты в том, что Советский Союз распался и государство было уничтожено. Разумеется, ответственность должна быть соизмеримой — невозможно поставить в один ряд вину руководителей партии и государства и вину простого гражданина.

...решили, что общий кризис системы наступил только потому, что заветы Ленина были неправильно поняты. Сделали вывод, что труды вождя мировой революции надо переосмыслить. Попробовали — но тут же возникли проблемы. Всё упиралось в Высшую партийную школу ЦК КПСС. Созданная ещё задолго до перестроечных событий, она оказалась абсолютно недееспособной. Суслов за тридцать лет не просто вытоптал там всё относительно живое, но и залил поляну бетоном, чтобы не было даже намёка на какие-либо ростки нового. И когда Горбачев призвал в очередной раз трепетно и нежно пересмотреть творческое наследие Ленина, выяснилось, что заниматься этим в принципе некому.

...незадолго до смерти Сталина одну из ключевых ролей в государстве занял Михаил Андреевич Суслов. <...> Оглядываясь назад, мы можем определить, в чём была главная ошибка Суслова. Он намертво законсервировал государственную идеологию в том виде, в каком она существовала при Сталине, и в течение всей своей жизни ревностно следил, чтобы это состояние не менялось, — а Суслов прожил, как известно, до января 1982 года... <...> Результатом стало то, что на протяжении более чем сорока лет государство с точки зрения развития политической модели не продвинулось никуда.

Кто теперь поверит, что в пору, когда ещё был жив товарищ Суслов, в СССР на полном серьёзе был составлен список... запрещенных западных рок-групп! По какому принципу туда вносились эстрадные музыкальные коллективы разных стран, ни я, ни другие мои ровесники не можем понять до сих пор. Да и сейчас ни один психически нормальный человек не сможет понять и тем более объяснить, каким образом можно было запретить с формулировкой «за пропаганду нацизма» рок-группу «Кисс», где двое из четверых исполнителей были евреями! Причем их родители были жертвами Холокоста, сидели в нацистских концлагерях... И таких примеров было множество.

...распад Советского Союза и, как следствие, то, что сегодня в Америке называют «победой в холодной войне», явилось результатом фатальной ошибки, приведшей к кризису идеологии. И началось всё вовсе не с приходом к власти Михаила Горбачева, объявившего перестройку и наступление эры «нового мышления». Началось это, как ни странно, с позиции самого основателя Советского государства — Владимира Ильича Ленина. Дело в том, что сама государственная модель, которую установили в Стране Советов большевики после Гражданской войны, не подразумевала целого ряда важнейших институтов, необходимых для полноценной жизни любого нормального общества. Политология и социология как науки толком не существовали; философия находилась в абсолютнейшем загоне — философов, пытавшихся широко мыслить, в лучшем случае увольняли с работы, в худшем же отправляли в места не столь отдалённые. Плюс к этому внутри советского общества в принципе отсутствовала полемика по самым насущным вопросам.

Не надо никогда устраивать закат солнца вручную и бежать впереди своего галстука. Ну я понимаю, конечно, что есть люди-торопыги просто по жизни, но политика же так не делается...

Я не очень, правда, понимаю, почему всё время у нас как-то различают «крестовый поход» Рейгана против коммунизма и «крестовый поход» Адольфа Алоизовича против большевизма. А в чём разница-то принципиально? В том, что один просто армады танков сюда двинул, а второму, ну не удалось этим заняться.

То же самое было сто лет назад, говорю же, — невыученный урок. Тогда, сто лет назад, эту историю законсервировали, но ничейного оружия не бывает и оружие, которое лежало на земле, просто использовали против нас. <...> Без понимания прошлого, реальной сегодняшней политики понять очень сложно.

Но при всем при этом, мы очень скромные люди, мы всё время боимся кого-нибудь обидеть. Я сейчас работаю над книгой про Польшу, и наткнулся я на замечательнейший документ. Это отчёт посольства Советского Союза на территории Польши в Москву по поводу еврейского погрома, который там был совершён в августе 1945 года. То есть, я напоминаю, Третий рейх разгромлен, идёт подготовка к Нюрнбергскому военному трибуналу, в Польше происходит еврейский погром под девизом (сейчас внимание!): «Завершим дело Адольфа Гитлера!» Вот всякий раз, когда поляки что-то тут говорят нам по поводу наших воинских захоронений, наших памятников, почему мы не можем дать жёсткий им ответ? Рассказать про эти факты? <...> Но мы же молчим, мы же боимся всё время кого-то обидеть! Вот это главная наша беда! Хотя если бы один раз поставили бы на место в жёсткой форме... <...> Ну у нас же постоянно мы слышим, что, ну послушайте, они хорошие люди, ну ладно, там националисты у власти, там просто радикалы, там малограмотные приехавшие из эмиграции, вместо того, чтобы один раз жёстко взять за кадык, так чтоб ты не дёрнулся! <...> Потому что понимают, к сожалению, только силу! Но мы вместо этого пытаемся с ними зачем-то вести цивилизованный диалог! С кем? С Качиньским? Посмотрите на его лицо! Он фейсконтроль в библиотеку не пройдёт! О каких нравственных ценностях вы говорите с этим человеком?

Такие соратники — это дитя вашего легкомыслия, от которого надо избавляться и чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше, потому что с такой клиентурой никакая артель в принципе работать не будет, а в данном случае я неслучайно называю, извините за тавтологию, это всё артелью, потому что это в чистом виде она и есть — либеральная артель «Напрасный труд».

Время действительно очень сложное было. С этим я не спорю. Эпоха выдалась на редкость неудачная. Как и всегда у либералов. Им все время не везёт в России с народом, с обстоятельствами и с менталитетом.

Любовь к Родине — это прекрасно, но совершенно недостаточно для политической деятельности.